Поэтому трон всегда оставался в безопасности, но мой отец накапливает все больше власти иными способами.
Я вспомнила, как Дайнар Гривс пытался заставить меня дать клятву крови, подозревая, что я могу сделать что-то, что навредит королю.
Я не собиралась идти против короля. Хотя я и потеряла к нему всё уважение, я понимала, что он и ликвидаторы — моя единственная защита. По крайней мере, король не был убийцей сотен людей... насколько мне было известно.
Но его бездействие также было преступным. Теперь я, по крайней мере, понимала, почему всё это происходило.
— Эта клятва передается из поколения в поколение? — спросила я Гривса, но он снова промолчал.
Макс лишь кивнул. Значит, теперь эта клятва распространяется и на него. Почему он рассказал мне об этом только сейчас?
Меня тревожило, что из-за отдалённости Колвилла от Ардона гнев людей может угаснуть, и мои слова забудутся. Но я ошибалась — недооценила, насколько сильно люди за пределами Колвилла были обеспокоены тем, что произошло. Они боялись, что катастрофа может повториться в их городах, что под их ногами уже работают артефакты, привлекающие тени.
"
"Вечером того же дня, сидя с Максом в «Голодном Моряке», мы наблюдали, как толпа собирается у здания «Артефактов Фуллагара». Охрана компании и городские стражи уже стояли по всему периметру, не позволяя людям проникнуть внутрь. Пока всё было мирно, но я видела, как толпа становилась всё более агрессивной. Люди приближались к стражникам, толкали их, наверняка задавая вопросы о том, почему расследование не ведется внутри компании.
Волнение, поселившееся во мне с того момента, как я очнулась в больнице, не отпускало ни на миг. Гнев на короля и Теда Фуллагара лишь усиливал тревогу. Я чувствовала, что если ситуация не обострится сейчас, мы упустим единственную возможность, и тогда Фуллагар, не без помощи короля, который почти не может ему отказать, быстро избавится от нас
Каждый раз, когда я погружалась в свои мысли, представляя, как Фуллагар избегает наказания, Макс выводил меня из этого состояния.
Иногда он просто махал рукой перед моими глазами, а иногда начинал приставать ко мне, напоминая, что на публике мы по-прежнему считались парой. Но каждый раз, когда я пыталась продолжить, забыться а ощущениях, Макс останавливал меня.
Разве я не восстановилась почти полностью, как он того хотел?
В таверне к нам иногда подходила Алфина, бросая задумчивые взгляды на здание «Артефактов Фуллагара» через окно.
