Никогда не обижу, обещаю. Мне нужен всего один шанс, — Он протянул руку ко мне, но я откинулась на спинку удобного стула, избегая его прикосновения. В глазах Макса мелькнуло разочарование, его челюсть напряглась.
— Это плохая идея. Думаю, мне пора, — сказала я, стараясь изображать равнодушие.
— Не уходи, Айви. Я не обижу тебя и очень сожалею. Я хочу всё исправить, — его голос был низким и хриплым.
Макс смотрел на меня очень серьезно, почти не моргая. В его взгляде было всё — напряжение, ожидание, нетерпение, вина.
— Макс, последнее, чего бы я хотела, — чтобы кто-то предлагал мне отношения из чувства вины.
— Это не так, — горячо возразил Фуллагар. — Я и раньше хотел быть с тобой, и для меня ничего не изменилось. Если бы я чувствовал вину, я бы просто попытался откупиться, предложил денег. Но я хочу быть твоим мужчиной, защищать тебя, быть с тобой, радовать тебя.
Я чувствовала, что мне становится трудно дышать в этом помещении. Хотелось выйти наружу и уйти. Видимо, Макс прочел это по моему лицу.
— Почему, Айви? Ты же всерьёз думала об этом, я видел. Твоё тело отвечало мне с самого начала, и разумом ты тоже стала принимать меня. Если бы я не наговорил тогда всего этого ужаса, мы бы уже были вместе, — тот нетерпеливый Макс, к которому я привыкла, вернулся, вытеснив виноватого и терпеливого.
— Для меня всё изменилось, Макс. Я не вижу того, о чём ты говоришь, что ты можешь защитить меня или быть надёжным. Ты для меня скорее ребёнок, который не понимает, какой вес имеют его слова для окружающих и какие последствия имеют его поступки, — ответила я твердо, глядя ему в глаза.
Услышав это, Макс заметно смутился, я видела по глазам, что ранила его.
— Ты о Присцилле... Я этого просто так не оставлю. Поверь, я и представить не мог, что они опустятся до насилия. Я никогда этого не прощу себе, но и им тоже."
"В его словах звучала угроза, и это напугало меня. Но я была уверена, что Присцилла и Майкл уже ответили за свои поступки, один из них даже находился в городской тюрьме.
— И что это изменит? Это сотрет мои воспоминания о случившемся? Сотрет из моей памяти усмешки окружающих, которые смотрели на меня, и многие из них считали, что я заслужила избиение? Это уберет отчаяние, которое я испытывала накануне диплома, когда у меня не было резерва? — осознав, что эмоции захлестывают меня, я глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. В горле першило, и я боялась, что заплачу перед Максом.
