Второгодка. Книга 1. Старая школа рулит

Какого только хрена он забил на учёбу, я пока понять не мог. Да собственно, не слишком меня это интересовало, если честно. Мои интересы лежали совсем в других областях.

Судя по сегодняшнему визиту Никитоса, у него неслабо так подгорело. Сам, лично припёрся в школу. Это должно было случиться что-то действительно из ряда вон. Кое-что, конечно произошло. Пару дней назад к сынку пришёл домой одноклассник и дал сынку в зубы.

Дал в зубы — это одно. А вот когда тот же одноклассник ещё и с пьяной женой засветился в питейном заведении — это совсем другое.

Разумеется, Никита обо мне справки навёл, это сто процентов. Но воспринять, как реальную угрозу не мог. Это был бы полный бред. Тем не менее припёрся. Привык, сука, чтобы всё шло кругленько и гладенько, без сучка и задоринки, без малейших шероховатостей. Поэтому он был бы рад, если меня из школы выпнули бы коленом под зад, и я не смог бы дальше кружиться вокруг его сынка и бывшей гражданской жены.

С другой стороны, он всё обо мне разузнал, в школу сходил и, не обнаружив угрозы, мог обо мне и забыть. А вот я о нём забыть не мог. И мне нужно было начинать действовать. Планомерно, методично и неотвратимо.

— Вот, завтра и начнём, — вслух сказал я и захлопнул учебник.

А ещё, надо будет сказать Петру Алексеевичу Романову, чтобы убрал все записи обо мне.

Когда утром я вошёл в класс, народ уже почти весь собрался. Кто сидел за партой, кто стоял с друзьями, кто дурачился, как Глитч, но большинство сидело, уткнувшись в экраны телефонов. Обычная история. Матвей Шалаев сидел за партой один и лениво просматривал видосики.

Рядом стояла Алиса, как всегда в огромной толстовке. Сегодня, правда, на ней были не большие бесформенные штаны, а коротенькая юбка. Она выставила свои длиннющие «модельные» ноги на всеобщее обозрение, и после вчерашних фоточек «Истории О» я посмотрел на них новыми глазами.

— Алиса, — позвал я и подошёл к ней вплотную.

— Тебе чего, Крас? — скорчив пренебрежительную гримасу глянула она на меня через плечо.

— Долг платежом красен, — улыбнулся я.

— Проспорила, — с улыбкой сказал я, резко поворачивая к себе.

Она опешила и не успела сообразить, что происходит и что нужно делать, а я притянул её к себе, обхватил, прижал и поцеловал.