Второгодка. Книга 1. Старая школа рулит

В моё время его здесь не было.

— Пошли, я тут всё знаю. Вот это кафешка, а внизу винотека. Что мы с тобой будем, как дети кофе дуть, правильно я говорю? Мы пойдём туда, где интересней. Там и вид лучше. Обалдеешь просто.

Глаза у неё загорелись, и почему-то мне подумалось, что причина этого оживления была совсем не в том, что из окон заведения открывался чудесный вид на реку. И ещё я подумал, что красной купюры может и не хватить на оплату сегодняшнего вечера.

Катя бросила машину, пикнула ключом и сломя голову понеслась к заветной цели.

Мы спустились по лестнице и оказались в очень стильном и минималистичном зале из стекла и бетона. Стена, обращённая к реке, была полностью стеклянной и вид отсюда открывался действительно очень приятный.

Официант с улыбкой до ушей кинулся к Кате, будто увидел самого родного и близкого человека.

— Катерина! А мы уж думали, вы про нас забыли. Переживать начали.

— Помню, — засмеялась она. — Не забыла ещё.

— Проходите, пожалуйста, ваше любимое место вас ждёт.

Это было неудивительно — кроме нас других посетителей не наблюдалось.

Мы подошли к столику у окна. Он стоял чуть дальше остальных и был отгорожен внушительным стеллажом с винными бутылками.

— Видишь, какой у нас тут интим, — радостно воскликнула Катя. — Вид, река и полная свобода, да? Хотел же свободу? Ну, вот, получай. Куртку на крючок повесь. И мой плащ тоже.

Я помог ей снять плащ и из-под него густо пахнуло парфюмом.

— Слушай… — вдруг заинтересовалась она. — А что это на тебе такое? Ну-ка, подойди к окну, я рассмотрю.

Она покрутила меня, ощупывая и рассматривая куртку.

— Она ведь старая, да?

— Родом из девяностых, — усмехнулся я. — Дядьки моего.

— Это который на кладбище? — нахмурилась Катя.

— Да, я припоминаю… Видела такие… Да…

Она чуть поджала губы, возможно вспомнив, на ком именно она видела такую кожанку. А может, и не вспомнила. Времени-то много прошло, а если бухать каждый день…

— Интересный ты парень, Серёжа, — нахмурилась она. — Знаешь, мне кажется, ты выглядишь старше моего Моти.

— Так я действительно старше, я же второгодник, в девятом классе два года просидел.

— Ты что, правда? Плохиш, что ли? Мне плохиши всегда нравились…

Она засмеялась, и я вспомнил анекдот из репертуара Никитоса:

Мы уселись на плюшевый диванчик, полукругом обнимающий деревянный стол. Подбежал официант.

— Какое у вас сегодня настроение, Екатерина? У нас есть превосходный шестидесятилетний портвейн и…

— Нет-нет, — поморщилась Катя, — давай без тяжёлой артиллерии.