Второй брак 2

Я всегда права, Ирэн, — Анаис развернулась и пошла прочь. — Пока не надумаешь извиниться за свои придирки, больше не подходи ко мне. Только будь готова встать на колени. Я устала прощать просто так.

Некоторое время я смотрела на ее отдаляющуюся спину, а потом, когда между нами было около десяти метров расстояния, произнесла:

— Я беременна, Анаис. От кронпринца.

Сестра резко остановилась. Замерла, словно мои слова подействовали на нее, как заклинание, из-за которого ее тело превратилось в камень.

Лишь спустя несколько секунд она медленно повернулась и посмотрела в мою сторону безумным взглядом.

В этот раз она была напугана, и я отчетливо видела это. Мои слова стали весьма неожиданным ударом. Я очень хотела увидеть, как она отреагирует на мою ложь, которая станет последней горстью земли на ее могиле, и, усмехнувшись, произнесла:

— Между мной и Его Высочеством был роман. Совсем недавно я поняла, что беременна, а поскольку кроме кронпринца у меня никого не было, более чем понятно, что это его ребенок.

Некоторое время сестра молчала. Все так же безумно смотрела на меня тем взглядом, в котором слишком быстро одна эмоция сменяла другую.

— Ах… ты… гадина! — Анаис это буквально завизжала, сжимая ладони в кулаки и топнув ногой настолько сильно, что меня даже удивило как это она еще каблук себе не переломала. — Его Высочество за мной ухаживал, а ты за моей спиной с ним спала? Еще и в то время, когда у тебя был жених? Шлюха! Никчемная, грязная шлюха!

Я еле сдержалась, чтобы не рассмеяться.

И кто из нас двоих шлюха?

— Сейчас речь не о нравственности, Анаис, а о том, что, возможно, именно про моего ребенка говорила Дама Кровей.

— Нет! Это невозможно. Выброси из своей дрянной головы такие никчемные мысли. Это про моего малыша шла речь в пророчестве.

— И как ты можешь быть уверена в этом? — было забавно, как она пытается притворяться до последнего, прекрасно зная, что ребенок у нее не от кронпринца.

— Не смей называть Его Высочество по имени, — Анаис опять топнула ногой. Сейчас она больше была похожа на разъяренного быка. Кажется, у нее даже сосуды в глазах полопались.

— Почему? Кейл сам сказал, чтобы я обращалась к нему именно так. А ты мне запрещаешь?

Анаис побагровела.