Второй год новой эры

Хочется собрать их всех в охапку, этих моих птичек, и расцеловать в курносые носики и щечки – у кого смуглые, у кого румяные…

Странно, но ни одна их них пока еще не беременна. Я выяснила, что мадам Марина не рекомендовала им пока рожать и научила, как предохраняться путем подсчитывания опасных-неопасных дней. Уж не знаю, как ей это удалось (у девочек проблемы с арифметикой), но девочки свято блюдут рекомендацию самой Мудрой Женщины. Так что я стану первой мамашей в нашем скаутском отряде… тьфу, в нашем семействе!

Что же касается нашего «общего достояния», то есть мужа – то у нас с ним сейчас законный медовый месяц.

Каждую ночь мы опускаем полог, отделяющий супружескую постель от общей спальни, и предаемся любовным утехам почти до самого утра. Правда, делать это на узких нарах не очень удобно. И я уже представляю, как с приходом устойчивого тепла мы сможем удаляться «на природу», чтобы где-нибудь на зеленой полянке продолжать уроки секса. И, честно говоря, все чаще мою голову посещает очень странная мысль – а не приобщить ли тогда к нашим игрищам остальных? Вот всю жизнь была ярой противницей подобных вещей, но сейчас почему-то мое мнение поменялось, даже сама себе удивляюсь. И мое воображение, не поддаваясь никакому контролю, рисует эротичные сцены с участием милых сестричек – разумеется, со мной в главной роли…

Счастлива ли я? Я потому задаю себе этот вопрос, что мне хочется ответить на него. Да, я счастлива. Все мои опасения по поводу замужества оказались глупостью.

Я чувствую себя защищенной, любимой, уважаемой. На благодатной почве безмятежности любовь расцветает в моем сердце невиданным цветком. Любовь эта меняет все вокруг, заставляя струны души петь прекрасную нескончаемую песню… Тысячу раз я благодарила милую мадам Марину за то, что вразумила меня сделать наконец этот шаг…

Между прочим, мой Друг живет с нами. Он вырос и возмужал, и заимел неуловимое сходство с моим молодым мужем. Мои сестрички любят котика и стремятся побаловать вкусными кусочками и лаской.

Бывает, что по ночам этот мохнатый шалунишка забирается в нашу постель и устраивается спать на моей голове. Гуг вздыхает, но не смеет меня огорчить, прогнав кота прочь. Супруг мой и не догадывается, из какой жуткой депрессии меня когда-то вытащил этот теплый комочек. Друг – это мой священный талисман…

У моих собрачниц появился ритуал – каждое утро они расчесывают мои волосы, которые изрядно отросли с того времени, как я оказалась здесь.