Его глаза встретились с моими, тёмные и непроницаемые, но в них читалась какая-то пугающая решимость.
– Я хотел поговорить, – сказал он.
– Поговорить? – переспросила я, не веря своим ушам. – Тогда зачем запирать дверь?
Он шагнул ближе, и я инстинктивно отступила, пока не упёрлась в край его стола.
– Потому что мне нужна твоя безраздельная внимательность, – тихо произнёс он. – И я устал притворяться.
– Притворяться? – с вызовом спросила я. – Притворяться в чём?
– Что я тебя не хочу, – просто ответил он, его взгляд пронзал меня насквозь.
– С той ночи на свадьбе, Мари, я не могу думать ни о ком другом. Я скучал по тебе все эти два года.
У меня перехватило дыхание, и на мгновение я не нашла, что ответить. Его близость была ошеломляющей, а признание – ещё больше. Но я не могла позволить ему видеть, как его слова влияют на меня.
– Ну, я по тебе не скучала, – сказала я, стараясь, чтобы голос не дрогнул. – Ни разу.
Он улыбнулся своей фирменной наглой улыбочкой, зная, как эта улыбка действует на меня.
– Ты ужасная лгунья, – прошептал он.
Прежде чем я смогла ответить, его рука коснулась моей талии, осторожно, но уверенно. Я застыла, разрываясь между желанием оттолкнуть его и тем неоспоримым притяжением, которое всегда было между нами. Его прикосновение прожигало ткань моей юбки, и я ненавидела своё тело за то, как оно отреагировало, как дыхание сбилось, несмотря на мои усилия."
"– Прекрати, – слабо сказала я, положив руки на его грудь, чтобы оттолкнуть.
Но толчок был недостаточно сильным, и он не отступил.
– Ты так не думаешь, – прошептал он, его губы коснулись моего уха. – Признайся, Мари. Ты скучала по этому.
Я покачала головой, но слова застряли в горле. Потому что часть меня действительно скучала. И он это знал.
Его рука поднялась выше, и я закусила губу, борясь с волной эмоций, захлестнувших меня. Гордость, злость, тоска – всё смешалось в тугой узел, который не давал мне дышать. Он наклонил моё лицо, заставляя смотреть ему в глаза.
– Скажи мне, что ты ничего не чувствуешь, и я остановлюсь, – произнёс он, его голос стал мягче, но не потерял своей напряжённости. – Посмотри мне в глаза и скажи.
Я открыла рот, но ничего не смогла сказать. Потому что правда была в том, что я не могла. И это пугало меня больше всего.
Он наклонился, его губы коснулись моих в поцелуе, который был одновременно знакомым и новым, осторожным и требовательным.
