И даже от удобных домашних тапок отказалась в пользу элегантных туфель-балеток. И от пледа, которым обычно укрывала нижнюю часть тела, когда находилась в кресле-каталке. Галина Петровна преобразилась до неузнаваемости. В нее будто жизнь заново вдохнули.
За одну лишь ночь. Но куда больше поразило Стасю то, с каким трепетом, волнением и слепым обожанием она смотрела на Настюшу. Так, будто знала ее с рождения. Так, будто насквозь ее видела. Так… как могла смотреть на детей лишь она — бывшая директриса их детского дома.
Строго, но с любовью. С безоговорочной и искренней. Словно чувствуя все тоже самое своим маленьким сердечком, притихла и Настюша. При этом взгляда от женщины она не отводила. И нерешительно двинулась к ней, услышав:
— Настенька, неужели ты к нам приехала? Неужели дождались мы тебя?
— Да, — робко отозвалась та, останавливаясь подле нее. — Привет, бабушка!
— Привет, ласточка моя! — Галина Петровна погладила ее по щеке здоровой, но сильно дрожащей рукой. Дрожал и ее голос, когда она продолжила:
— Ох, до чего ж ты миленькая! До чего ж хорошенькая!
— Мама говорит, что я — красавица, — заговорщицки прошептала Настюша, смущенно расправляя воланы на своем любимом платьице.
— И это чистая правда, — рассмеялась вошедшая в комнату Верочка.
Вздрогнув от неожиданности, а по большей части просто испугавшись незнакомого человека, Настя с невероятной скоростью вскарабкалась на колени к Галине Петровне и уже оттуда жалобно пискнула:
— М-а-а-а-м? Мама?
— Все хорошо, милая! — успокоила ее Галина Петровна, придерживая за талию.
— Познакомься — это тетя Вера. Она моя сиделка и помощница.
Настя нахмурилась, обдумывая ее слова. А потом тихонько спросила:
— А что такое сиделка?
— Я почти как врач! — игриво подмигнула ей Верочка. — Я помогаю твоей бабушке оправиться от болезни и снова встать на ноги!
— Нет! — звонко и негодующе воскликнула Настюша, шустро сползая с колен Галины Петровны. — Я сама! Сама вылечу бабушкины ножки!
Добежав до Стаси, она молча забрала у нее свой рюкзачок и вернулась к Костровой со словами:
— Не волнуйся, бабушка.
Сейчас будет… э-э-э… совсем не больно. Я дам тебе… у меня есть волшебная таблеточка. Она от всех болезней.
Присутствующие с ее слов добродушно рассмеялись.
А Стася, с трудом понимая, что бормочет вслух, саркастически заметила:
— Теперь понятно, какую волшебную таблеточку все время ищет твой отец!
Благо хоть, никто этого не заметил. Все были слишком увлечены ребенком.
