Онлайн-библиотека книг
А мне не об этом нужно было думать.
Как кошмарный сон мелькают бесцветные воспоминания. Такие ужасные… мамина сгорбленная фигура, лицо в ладонях, мучительное ожидание… эмоции на пределе…
– Ты хоть что-то еще можешь пояснить?
– Ей сделали операцию после рождения. Это было необходимостью. Сердце неправильно гоняло кровь.
– Сейчас какая-то опасность есть?
Металл в мужском голосе не позволяет отмахнуться полностью.
– Сейчас все хорошо, но врачи говорят ее беречь. Щадящие спортивные нагрузки и все такое, – на самом деле, там много чего, но зачем это Адаму сейчас… если захочет – как-нибудь в другой раз расскажу.
– Ты мне не хотела об этом говорить?
Я даже Леше ничего не рассказывала. Мужчина знает лишь облегченную версию: у дочери небольшие проблемы с сердцем, нужно наблюдать. Все.
– Если ты через три месяца забудешь о ее существовании и начнёшь устраивать свою жизнь, к чему лишние разговоры? Наши проблемы… они только наши.
Он горестно прикрывает глаза и отворачивается на пару секунд. Пытается восстановить душевное равновесие. Понимаю, тяжело мои слова воспринимать.
Подбородок Адама недовольно выдвигается вперёд, а сам мужчина приближается вплотную. Он выше меня и теперь опасно нависает. Цедит сквозь зубы:
– Юля, – прерывисто выдыхает, – прекрати так себя вести. Я о дочери не забуду. Как бы тебе этого ни хотелось. Я хочу все знать о ней. Особенно то, что касается здоровья.
– Я тебя услышала. Если ты чем-то сможешь помочь – узнаешь об этом первый. Мне кажется, тебе пора.
Адам хмурится. Я вижу, он еле сдерживает эмоции. Я подумаю, в какой форме и что ему открыть. Возможно, копии медицинских заключений сделаю. Возможно, просто кратко расскажу ему подробности… А возможно, я и так все делаю правильно…
– Как конкретно сейчас обстоят дела? Вы регулярно показываетесь врачу?
– Да. Она живет обычной жизнью.
– Она хочет заниматься танцами. Это запрещено навсегда? Ей вообще серьёзные физические нагрузки противопоказаны?
– Нет. Я просто слегка ограничиваю. Но приятно, что ты интересуешься ее увлечениями.
– Есть причины переживать даже сейчас? – настаивает. Он очень взвинчен. Удивительно, как резко он воспринял известие о болезни дочери.
– Причин нет. Но меры предосторожности никто не отменял.
