В данный момент — духоту и жару; сингапурский климат совсем не способствовал плодотворной работе мысли.
Поднявшись, Банч сбросил форменную тужурку, брюки и башмаки, подошёл к дверям и произнёс в микрофон автоответчика:
— Поехал в город на всю ночь. Развлекаться.
Затем, отступив в коридор, он вытянул руки вдоль туловища, замер и через секунду исчез.
Он появился в тысячах километров от Сингапура, в Брюсселе, в доме за каналом Маасдам. Тут был летний полдень, но за бетонными стенами и деревянными панелями царила прохлада.
Облегчённо вздохнув, Банч сунул ноги в шлёпанцы, надел халат и, шагнув к столу с компьютером, опустился в кресло. Его черты и фигура изменились; теперь он не выглядел таким рослым и мощным, как офицер для особых поручений, сделавшись посуше телом, постарше лицом, и даже волосы у него посветлели, став из каштановых белесыми. Пока завершалась эта метаморфоза, бывший Банч сидел неподвижно, уставившись в слепой компьютерный экран. На столе перед ним громоздились диски и блокноты с записями, книги, справочники, диктофоны и несколько последних номеров «КосмоШпигеля», но он, очевидно, не собирался работать.
В этом просторном старом доме думалось гораздо лучше, чем в сингапурской душегубке.
Приятно — он не ошибся в своём избраннике. Долгие, долгие годы он изучал людей, этих суетливых созданий, их прошлое и будущее, их мотивы, желания, мечты и то, что они считали разумом и своей духовной сущностью. Теперь он научился понимать их и правильно предсказывать реакцию общественных структур, даже отдельных личностей.
Упрямая, но многообещающая раса! Если они получат доступ к новой технологии, кое-кому придётся потесниться… Вероятно, лльяно, а бино фаата — наверняка…
Однако не стоит их переоценивать. Нет, не стоит! Взять хотя бы пленника… Он ощущал его как сгусток чувств и мыслей, как тень, маячившую в миллионах километров — там, куда он дотягивался лишь с большим усилием. Пленник разобрался с каффом, ускользнул на волю и даже смог связаться с Кораблём. Но и только! Ментальный дар ничтожен, с этим наследием предков ничего не сделаешь, но если нет врождённого таланта — нужно шевелить мозгами.
Ум, к сожалению, не гибкий, а нрав независимый — слишком горд, самолюбив, упрям, не представляет людей на месте симбионтов. А мог бы овладеть ситуацией… так просто, так легко!
Затем создание, недавно бывшее Роем Банчем, подумало, что у землян есть масса времени, чтобы набраться ума, — конечно, в том случае, если пришельцы их не сожгут.
