Вы все жжете! Часть 2

То, что необходимо сегодня, завтра приведет к большим проблемам».

«Ты можешь решать только за себя».

«Я и хочу. Но не могу. За меня уже решили. Поэтому мне нужна помощь».

«Отмени помолвку. — Странная загадочная улыбка была мне ответом, и я торопливо продолжила: — Если это кто может сделать, то только ты. И тогда я уже буду свободна решать».

«Ты и так свободна решать. Каждый ответственен за свои поступки. Твоя помолвка — результат твоих действий. Да, ты была маленькой и не вполне за них отвечала, но все же что-то изменить можешь только ты.

Если, конечно, это нужно».

Тень истаяла, и я поняла, что больше не получу ни словечка в ответ, сколько бы к ней ни обращалась. Последняя фраза настораживала: неужели Богиня уверена, что брак между мной и Пьером-Луи неизбежен? На миг появилось желание уйти в монастырь: аннулирует все помолвки. Но только на миг: такой вариант, несомненно, придется по сердцу Пьеру-Луи, но не подходит ни мне, ни Шарлю. Да и Люсиль не придет в восторг от моей жертвенности. Нет, нужно что-то другое.

Не зря же Богиня ранее сказала: «Посмотрим» и «Что-то изменить можешь только ты»?

— Николь, в лабораторию, — командный голос дедушки раздался, только мы переместились.

А переместились мы сразу, как я вышла из храма, расстроенная донельзя, что самый простой способ оказался недоступен. Пожалуй, я была даже благодарна Шарлю, что он ни о чем не спросил, хотя, несомненно, догадывался, что я собиралась делать. Нет, я, конечно, не так уж и рассчитывала на божественное вмешательство, поскольку уже сам по себе разговор был необычайной милостью.

Отнюдь не каждому Богиня отвечает на просьбы. И все-таки ужасно обидно, что она не отменила помолвку, к которой сама приложила руку. Ни в детстве, ни теперь мне бы и в голову не пришло связывать свою жизнь с принцем Филиппом. А вот Богиня связала, посчитав, что Шамбору такой брак необходим. С другой стороны, ей ничего не стоило откопать какую-нибудь другую носительницу крови Лиденингов и привязать Пьера-Луи уже к ней. Это мы уверены, что нас осталось двое — я и дедушка, но кто знает, может, мои предки были куда более плодовиты? Пусть даже и не в законном браке. Уверена, о том же думал инор Бариль, когда пытался подобрать лучшую кандидатуру для сына. Нужно признать, что заботился он в данном случае не о нем, а о благе Шамбора. В том смысле, в котором он таковой понимал.

Вопрос остался недосказанным, поскольку дедушка меня тут же прервал, заявив:

— Пока никого нет: ни Совета, и короны.