Выбирай

Вижу же, как тебя ломает… – с каждым словом все тише и тише, – тогда, в начале лета, когда мы сделали это фото, вы были счастливы в обществе друг друга. Что произошло между вами?

Но сестра не была бы крови Гаевских, если бы не перла, как танк.

– Макс, ты ее любишь? Я ведь вижу, что да.

– Тогда почему не борешься?

– Потому что она не любит, – отвечаю, даже не задумываясь, потому что в своей голове я уже сотни раз задавал себе этот вопрос и ровно столько же давал себе такой ответ. Но девушку это явно не впечатлило.

Я слышу смешок. А затем еще один, который перерастает в тихий и искренний смех. Оборачиваюсь и встречаюсь с отнюдь неулыбающимися глазами Таши, тогда как губы ее веселятся.

– Ты никогда не понимал женщин, Гай!

– Словно вас вообще возможно понять.

– То есть ты правда думаешь, что она вот этого своего, – неопределенно машет рукой сестричка, – зеленого пацана любит? Ты дурак, – встает с места и, разводя руками, мельтешит передо мной, смело шлепая босыми ногами по воде. – Нет, правда.

Мой тебе вердикт: дурость крайней степени. Смешно же? – ухмыляется Таша, добивая.

– Смешно, – упираю локти в колени и смотрю на собеседницу без грамма веселья.

– Она любит тебя, Гай! Да ты же просто… – машет руками моя экспрессивная сестренка, явно подбирая ругательство покрепче. – Ты просто не видишь. Этого никогда не видно. Со стороны только… глаза, ну же, Гай! Они не врут.

– Таш, хватит. Сядь, – хватаю за запястье девушку, устав от ее мельтешения, но она вырывает руку и замирает прямо передо мной.

– Вот здесь, может, сомнения и есть, – тычет пальчиком в висок. – Но здесь… – упирает ладошку в грудь и упрямо поджимает губы, качая головой.

– Ты откуда знаешь, что выбрала?

– Потому что я был там, Таша! – поднимаюсь на ноги, вспылив. – Был. Когда она стояла передо мной и, прямо глядя мне в глаза, говорила, что уходит к нему. В аду я видел этот день! Мне никогда в жизни не было так херово, как в тот злосчастный выходной. У меня жизнь рухнула. Поэтому да, Таша, я молчу и буду молчать, потому что она выбрала его.

– Что нет? Что нет?! Может, хватит резать по живому?! – смотрю на раскрасневшееся от злости лицо сестренки. Она явно не собирается сдаваться и словно не слышит меня. – Как я могу пойти против ее выбора? Никак. Это тебе не сказки и не фильмы, Таша. Это реальная, сука, жизнь, – четко проговариваю каждое слово с таким остервенением, чтобы дошло до ее затянутого розовой завесой мозга. – Здесь не всегда бывает счастливый финал.