Выбирай

Однако вопреки моим убеждением какое-то новое, сильное и пугающе-волнующее чувство внутри уже медленно-медленно потянуло свои ниточки к сердечку… и это было сильней в тысячи раз, чем привязанность к бывшему и в миллионы раз страшнее.

Очередную пятницу, когда Макс занят, но обещает освободиться к вечеру, я провожу на работе. Ничем особо не примечательный день в итоге заканчивается потерей важных документов, с которыми я, чтобы подписать, носилась, как с ребенком, и которые в итоге Кристина не может найти.

– Я понятия не имею, куда они делись, Екатерина Алексеевна! Точно ложила вчера на ваш стол, – в сотый раз разводит руками девушка и хлопает своими длинными ресницами, аки сама невинность.

– Клала, Кристина. И нет их! Я все папки и файлы, ящики и шкафы уже на тысячу раз перепроверила. Нет и все! Не могли же они испариться, в самом деле? Что за ерунда такая?

Как ураган, ношусь по кабинету, снова сметая горы бумаг на рабочем столе, даже в свою сумочку заглянула, куда папка с документами при всем желании не поместились бы – нет их.

– Вспоминай, Кристина, когда ты в последний раз видела ту черную папку, что я отдавала тебе в прошлый четверг?! – снова поднимая взгляд на помощницу. – Я отдала тебе ее из рук в руки.

В ответ, глядя на меня, девушка только пожимает плечами.

Вздыхаю и присаживаюсь на краешек рабочего стола, лихорадочно соображая, что делать. У меня внутри кипит злость и поднимается паника, а Кристина только кусает губу и отводит взгляд. Я больше чем уверена, что “пропажа” – ее рук дело!

– Кристина, где документы? – спрашиваю еще раз в надежде, что девушка сознается. – Если потеряла, лучше так и скажи.

– Ничего я не теряла! – вскрикивает девушка обиженно, своим визжащим фальцетом, – я что, совсем дура, что ли, по-вашему?

И снова эта ее непрошибаемое спокойствие и снова взгляд хоть куда, но не на меня.

– Неприятность какая, но я уверена – ничего критичного, ведь так, Екатерина Алексеевна?

Вот кого-кого, а дуру она играть умеет просто потрясающе. Оскар в студию, твою мать.

– По-моему, ты врешь! – встаю и хватаю пиджак с сумкой, – делай, что хочешь, но завтра на столе у меня должен быть договор с группой, который ты потеряла, выкинула или где-то забыла – меня не интересует.