Выбирай

В противном случае я лишу тебя премии в этом месяце.

– Но, Екатерина Алексеевна, вам не кажется…

Даже слушать не хочу! Мне вполне хватило пролитого на днях на макеты флаеров кофе и вчерашней красной ручки в официальном документе. Косяк на косяке, и явно это уже не случайность. И это выводит из себя!

Выхожу из офиса, припустив вниз по лестнице, звонко цокая каблуками и вбивая от злости ступню в бетон, как гвозди. Ее такие “выпады” стали все чаще в последние дни, и причиной чего они стали – хоть убей, не пойму.

Чем я ей насолила, что она не устает изобретать все большие и большие пакости? Нет, конечно, в голову сразу идет мужской образ нашего общего знакомого, но ведь это бред! Гаевского я еще с помощницей не делила.

Из бизнес-центра вылетаю разъяренной фурией и, чеканя шаг, несусь к остановке. Отключаюсь от происходящего напрочь, тихо закипая в своих мыслях, и не сразу сообразила, что меня окликают.

– Воу-воу-воу, тормози! – хватает за руку Макс, догоняя. – Где пожар?

– Что? – хмурю брови.

 – Извини, не слышала, что ты звал.

– Кати! – с немым упреком смотрит на меня “друг” и плотину прорывает.

– Моя безмозглая помощница Кристина потеряла документы! – рычу, размахивая руками. – Документы, с которыми я носилась весь апрель! Сейчас договора с группой нет, а завтрашняя встреча с директором клуба рискует пойти крахом. – Выпалила как на духу, – я рискую попасть на огромный штраф, а эта рыжеволосая кукла с силиконовой грудью раздражает своим спокойствием, хотя я на тысячу процентов уверена, что это ее рук дело! А все потому, что… – чуть не выпалила: ты с ней спал, Гаевский, и она ревнует тебя ко мне, но вовремя прикусила язык.

Незачем ему это знать.

– Потому что мозгов у рыбки больше чем у нее.

Запускаю ладошку в волосы и прикрываю глаза, выдыхая. Выговорилась и даже легче стало, правда, ненадолго. Макс снова включил свой любимый режим – непрошибаемость:

– Выдохни – это, во-первых…

– Так, все. Хватит.

Иди лучше мозг своей любовнице промой, – мгновенно завожусь, улавливая в тоне мужчины поучительные нотки. Снова он разговаривает со мной как с маленьким ребенком – это жутко нервирует!

– Кати, твою мать, – рычит Макс. – Я тебе уже говорил, что нет у меня ничего с твоей помощницей. Да, было, но ты мне это до конца жизни будешь припоминать?

– Я пошла, – разворачиваюсь на каблуках и, резко выдернув руку из захвата, топаю прочь. Но не тут-то было.