Выбирай

Я держала себя из последних сил, когда в голове как на повторе крутился поцелуй в машине. Уговаривала таким глупым: так нельзя, но, а как можно-то? Почему я должна отказывать себе в том, что хочу? Кажется, в этом заключалась его философия? Так вот моя “гармония” – это он рядом. Я хочу большего. Я устала сопротивляться.

Я готова сделать то, что требует тело и душа. И он готов – знаю. Страсть и голод, какими бы они ни были, не прикрыть никакой дружбой. Когда тело горит, требуя желанный объект, глаза выдают.

– Кажется, ты усвоила еще один урок, – отстраняясь, шепчет Макс, словно прочитав мои мысли.

– У меня прекрасный учитель… – снова тянусь в желании поцеловать, и тут в наше уютное уединение на глазах у прохожих зевак врывается звонкий женский голосок фотографа:

– Спасибо большое! – Таша, про которую мы дружно успели забыть.

– Это, видимо, судьба – обламываться, – Макс закрывает глаза и утыкается лбом мне в плечо, тихо посмеиваясь.

– Вы прекрасно смотритесь вместе! – словно не замечая нашего состояния, тараторит девушка.

Честное слово, если бы можно было в этот момент исчезнуть, избавиться от окружающих нас людей и по щелчку пальцев оказаться наедине – мы бы так и сделали.

Лето. Само это слово дышит теплом и легким ветром. Четыре буквы, в которых звучит пение птиц и шум прибоя, шелест зеленой листвы и счастливый смех детворы.

Вдоволь нагулявшись по парку и поужинав в уютном кафе, мы оказались в спасительной прохладе салона авто и поехали… Куда? Без понятия.

Знойный день подходил к концу, уступая место вечерней свежести. За окном сгущались сумерки, а время незаметно перебежало за одиннадцать часов.

– Кто эти ребята? – бросает на меня свой заинтересованный взгляд Макс, когда я начинаю прислушиваться и тихонько урчать себе под нос льющуюся из динамиков мелодию. Все оставшиеся часы после поцелуев у фонтана он ходил с невероятно довольным видом, прям как кот, объевшийся сметаны.

– The Weekend, не слышал их?

– Нет, не слышал. Мне нравится.

Водитель едва уловимым движением прибавляет громкость, и салон его дорогого авто заполняет легкая мелодия, проникающая словно под кожу. Его ладонь уже как-то абсолютно по-свойски укладывается на мою голую коленку.

За окнами проносится ночной город мельканием тысячи огней, а я растворяюсь в моменте, отключаясь от внешней жизни.