Выбираю тебя

Представила, как все это выглядело со стороны, аж дурно стало. Подумать только, ящерку испугалась, визжала, как резаная. Хорошо, хоть лифчик снять не успела…

То-то он смотрел на нее как на бесплатный цирк.

Быстро переоделась, на всякий случай, забившись в самый дальний уголок шатра, и все бормотала, какая она дура. Потом сказала себе:

— Это стресс. Неконтролируемая реакция.

В конце концов, ничего страшного не произошло. Наверное, надо сказать ему спасибо. Хоть это и заставляло ее морщиться.

Уже когда Аэд отошел от шатра, по связи раздался ехидный голос:

— Я смотрю, у тебя там весело?

Шаум.

— Ты что-то хотел? — невозмутимо спросил он, пряча клинок в ножны.

— Да, повелитель. — На этот раз наг был серьезен. — Новости неприятные.

Чем больше говорил жрец, тем больше Аэд мрачнел. Потом оглянулся в сторону границы и прищурился. Ему самому многое не нравилось.

— Не знаю, повелитель, — прошелестел Змей. — Зеркало не дает ответа.

— Ну конечно, — кивнул Аэд, закатывая глаза.

Связь прервалась. Он хмуро оглянулся и пошел к обломкам самолета.

Женщина. Весь этот лагерь раненых. Надо уводить их отсюда.

Подошел Гайдиар, хозяин сторожевого замка, коротко кивнул. а потом как-то подозрительно скосился в сторону шатра. Горный волк был опытным воином и сильным соперником. К тому же, Аэд не мог не признать. что несмотря на суровую внешность и шрамы, хозяин сторожевого замка пользовался большим успехом у женщин.

Он тоже был Проводником, и его очередь сопровождать иномирянку была следующей.

Повелителю пришлось подавить ревнивое желание отправить волка подальше. Он оглянулся на шатер, думая, успела ли женщина одеться. И в тот момент полотнище, прикрывавшее вход в шатер, отдернулась, женщина вышла и быстро направилась в их сторону.

— Гайдиар, — начал он. — Ты мог бы забрать всех в сторожевой замок? Я останусь здесь ненадолго.

Он хотел лично разведать обстановку.

Тот оглянулся на лагерь и быстро ответил:

— Разумеется.

— Да, — кивнул повелитель. — И трупы надо сжечь.

Оба замерли, умолкнув на полуслове, и обернулись. Женщина сверкнула глазами на Аэда и показала на тела, прикрытые полотнищами, из тех, что удалось найти в самолете:

— Мы никуда не двинемся отсюда, пока их не похоронят.

Он смотрел на ее задранный подбородок и думал, что в другом мире напрасно дают женщинам столько воли.