Выбор короля эльфов

Но, говорят, особенно недурно я играю на рояле. Картины у меня получаются много хуже. Цветы я, признаться, люблю, но предпочитаю смотреть на них, а не выращивать. Иногда вышиваю, но чтение мне кажется куда более увлекательным. В Серебряном Ручье моим дедом собрана огромная библиотека…

– Что ж, тогда я как-нибудь, когда у вас будет время, с удовольствием послушаю, вашу игру на рояле. До встречи, леди Эванеску.

– Можно просто Вестеле.

Дункан кивнул и поспешил на завтрак. Внутри заворочалось какое-то странное ощущение, идентифицировать которое хирург пока не мог: радость, что он вовремя сориентировался и всё обошлось? Снова вскрывшаяся боль от осознания своего диагноза? Неясная, ускользающая надежда?

Донесение с красной полосой, полученное королем несколько дней назад от его эльфа в Срединном Полесье, принесло неожиданную весть.

Не имея более близкого информатора к Грозовому Берегу, Анарион поставил задачу хотя бы попытаться выяснить, сколько раз и когда Лорган выезжал из родного княжества за последний год. Ну и на светлейшего князя Полесья добыть такую же информацию за компанию. Король не считал Таурохтара благонадежным, но тот и не скрывал своей антипатии к его величеству, хотя присягу принес.

Если сложить данные из нескольких источников, получалась любопытная картинка. Лорган трижды навещал Ясеневый Лес, а путь туда из Грозового Берега неблизкий. Причем он был там в прошлом году, примерно за пару недель до злосчастной битвы в Чуждых землях.

А потом, практически за несколько дней до инцидента, его видели со свитой в Омьяжгере, откуда до границы рукой подать. Но самое занимательное, что примерно в тот же период гномский город посещал и Таурохтар! А еще он там был буквально за день до того, как рухнула сторожевая башня. Совпадение? Анарион в такие случайности не верил. Значило ли это, что против него играет уже целая коалиция из Бериана, Лоргана и Таурохтара? Но если так, то план с женитьбой на Мориэль выглядит как-то мелко. Не проще ли было попытаться его убить?

Погруженный в эти размышления Анарион вошел в Залу Совета. Пятнадцать эльфов поднялись с мест, выказывая уважение королю. Его величество, на лице которого не дрогнул ни один мускул, отрывисто кивнул и, быстро пройдя к своему креслу во главе стола-подковы, сел. Это был не первый его совет, и он уже давно не мальчик, чтобы понимать: демонстрация лояльности лишь дань традициям, напускное.