Выбор

Сама откинула никаб с лица и Ирэн действительно не увидела Софью.

Нет, лицо женщины не было изуродовано. Чем настоятельница лечила Софью Ирэн не знала, но рубцов действительно не осталось, розовая новая кожа покрывала лицо. Бровей и ресниц правда почти не было, и само лицо женщины было будто бы без возраста и эмоций.

Но самое главное, глаза были спокойные, не было в них того странного сумасшедшего блеска, который пугал Ирэн, когда она пыталась пообщаться с Софьей раньше. И ещё Софья поблагодарила Ирэн. Ирэн, не ожидавшая такого, сразу не нашлась, что сказать и замолчала, тогда Софья развернулась, чтобы уйти, но Ирэн её остановила:

— Софья, погоди, я хочу сказать… что я рада, что ты здесь нашла себя.

Софья Мещерская кивнула и ушла обратно в домик к детям, а к Ирэн подошла настоятельница:

— Она ещё не нашла себя, но дети ей помогут, её сердце ещё не умерло, поэтому я верю, что она выздоровеет.

С Равшаной Ирэн попрощалась очень тепло. И та тоже её поблагодарила:

— Ты вернула мне веру в то, что я нужна.

Ирэн, уезжая из долины думала, как интересно переплелись судьбы двух женщин, Равшаны и Софьи, обе были женщинами повелителей-мужчин, обе потеряли сыновей и обе нашли здесь своё предназначение.

* * *Ирэн предложила уехать вместе с ней профессорам, но ни Шмоль, ни Гукасов не согласились.

— Мы приедем позже, — сказал Аристарх Викентьевич, — а сейчас мы нужнее здесь.

Значит поеду налегке, — подумала Ирэн и улыбнулась.

Они с Виленским решили идти через перевал. Страшно было до жути, но предполагался отряд гвардейцев, да и терять неделю на железную дорогу Ирэн не хотелось.

В этот раз и восхождение, и перевал были лёгкими. Оказалось, что после их эпичного перехода в грозу в прошлый раз, горцы отсыпали тропу и поставили укрепления по краю обрыва.

Спуск с той стороны горы тем более был комфортным. И уже к вечеру процессия, состоящая из одной кареты и двух десятков верховых и пары телег, спустилась вниз.

Переночевали в приграничной деревне, пополнили провизию и двинулись в сторону центральной части империи.

Ирэн оценила путешествие с императорскими полномочиями Виленского. Если они останавливались, то только в подготовленных помещениях. Сам Виленский мог ночевать возле костра с гвардейцами, но для Ирэн всегда была готова горячая ванна, или корыто, в зависимости от наличия и размера деревни, а ещё нормальная кровать с чистым бельём.