Выдержка

Поэтому я и держался изо всех сил. Но последние дни мне здорово досталось, к тому же он сделал нечестный маневр и помешал мне. Совсем близко я увидел его лицо: он усмехался. Если Соловьев так же ведет бизнес, его ждет успех.

Я покачнулся, руки мои ослабли, и доска перевернулась. Бабочка-парус захлебнулась и сникла, а моя голова скрылась под водой. Когда я вынырнул, то увидел, как на берегу мечется мама. Шляпку сорвало с ее головы, она летела по волнам прямо к моему парусу. Я по пояс высунулся из воды и помахал маме.

Отец делал какие-то знаки спасателям. Ах, мой добрый папа! Отгоняет их от меня, чтобы не опозорить. Как же я ему благодарен! Хотя не знаю, как отнесся бы к этому, если бы и в самом деле тонул. Но Бог миловал. Последние дни мне везло в русскую рулетку: все патроны в барабане оказались холостыми. Кто знает, что будет завтра? А сегодня смело дави на курок, Петровский!

Мне удалось поднять на воду парус и пробалансировать на волнах до конца показательных выступлений. Когда я выходил на берег, Юрий Соловьев подал мне руку:

— Ничего, — улыбнулся я.

— Не в обиде.

— Классно ты управляешься с парусом!

— Ты тоже не промах.

Нам обоим надо было согреться. Я побежал переодеваться, он тоже на время исчез из виду. Но знакомство возобновилось. Мы прошли боевое крещение ветром и водой, к тому же я умею красиво проигрывать. А это ценится. Вскоре мы сидели под навесом, заказав по стакану грога, и следили за регатой. Начиналось самое интересное.

Юрий оказался заядлым яхтсменом.

Указав на одну из красивейших яхт, он с восхищением сказал:

— Мечтаю о такой! А ты?

— У меня есть, — небрежно ответил я. — Не здесь. Размах не тот. Люблю океан, волны высотой в три этажа.

— Ах да! Ты ж Петровский!

— Скажешь тоже! Да кто ж тебя не знает!

— Что ж, Юрий Соловьев, приятно познакомиться, — открылся и я.

— Откуда знаешь, как меня зовут?

— От нашей общей знакомой.

Он сразу насторожился. Вот тут, Лео, спокойнее. Я взял долгую паузу, во время которой пил грог.

Потом прокомментировал маневр красавицы-яхты, вырвавшейся вперед. Соловьев первым вернулся к интересующей меня теме:

— Ходят слухи, что ты женишься.

Я развернулся к нему всем корпусом и широко улыбнулся:

— Хотел тебя предупредить.

— Меня не интересуют сплетни, — небрежно ответил я.

— Это не сплетни. Личный опыт. Ты, конечно, парень не промах, но учти: эти женщины любить не умеют.

Ах вот как! Ее Аней зовут! Мою невесту! Что ж, буду знать.