Выдержка

А я молча делаю так, как считаю нужным.

— Далеко пойдешь, — произнес отец. — Что ж. Удачи тебе!

И мы пожали друг другу руки.

А потом… Наступила долгожданная первая брачная ночь. Описывать ее не буду, такими воспоминаниями не делятся. Уверен, что через положенные девять месяцев у нас родится ребенок. И диплом детского психолога Насте вскоре пригодится.

Осталось рассказать о медовом месяце.

Крупным планом: НЕГАТИВ

Наше желание провести первую неделю медового месяца в глухой деревне, подальше от Москвы и суеты, всех удивило.

— Я думала, что мы все вместе поедем во Францию, — огорчилась мама. — Жара спала, сентябрь — прекрасный месяц для отдыха на побережье. Дом огромный, мы не будем друг друга стеснять.

Забыл сказать, что мама бережет свою нежную кожу, поэтому давно уже в самую жару, в разгар лета, предпочитает жить в Подмосковье, в привычном климате. Зато к зиме перебирается вслед за солнцем поближе к экватору.

— Могли бы поехать в экзотическое путешествие, — пробурчал отец. — Или в кругосветное плавание на яхте.

Или…

— Через неделю мы в вашем распоряжении, — мягко, но решительно прервал я его. — Настя была привязана к своей бабушке. Ей хотелось бы побывать в деревенском доме и с неделю пожить там.

Я умолчал о том, что дом вовсе не бабушкин, а свадебный подарок Сгорбыша. Но об этом отцу знать не обязательно. Имени покойного фотографа он слышать не может.

— Ну что ж, — развел руками папа. — Раз это ваше решение…

— Мы вернемся через неделю, — заверил я. — И полетим во Францию.

Настя ни разу не была в Париже.

…Ехали мы на машине, все время сверяясь с картой Московской области. У Насти были документы на дом и землю, у меня — ключ. По дороге мы обсуждали планы на будущее.

— Когда вернемся, первым делом поеду в институт, — сказала моя жена. — Мне еще год учиться. Надо писать диплом.

— Да, конечно, — соглашался я, предполагая продержать ее за границей как минимум месяц.

Учеба никуда не убежит, а вот мне жена необходима, как воздух. Я еще не успел привыкнуть к мысли, что это не сон.

Что у меня наконец есть семья, и в жены мне досталась замечательная девушка, умная и красивая. Дочь человека, который для меня так много значил. Вне всякого сомнения, Сгорбыш оставил мне письмо, где все объяснил. И фотографии. Но они мне теперь не интересны. Эта история закончилась, я начал жить с чистого листа.

Со мною тоже что-то произошло. Я изменился. Как, впрочем, и Настя. Ее взгляд стал глубоким, смех грудным, да и улыбаться она стала реже.