Выйти из боя

Немец каким-то приветственным жестом вскинул руки, упал. Далеко отлетела винтовка.

Если винтовочный выстрел и был заглушён очередью танкового пулемета, то уж упавшего в пятнадцати метрах от сарая солдата немцы заметили.

— Теперь нам достанется, — сказал пограничник, — ложитесь.

— У меня патронов мало, — Любимов на четвереньках пополз к лежащим немцам.

Следующие несколько минут стоял кромешный ад. По сараю били два пулемета, несколько автоматчиков, не говоря уже о десятках карабинов и винтовок. Даже «PZ-II» выдал очередь из своего двадцатимиллиметрового орудия по ветхому строению.

Катрин с товарищами спасло только то, что земляной пол сарая опускался в сторону реки, образуя крошечный бруствер. Девушка лежала, уткнувшись головой в бок покойного унтер-офицера. Труп дергался от попадающих в него пуль. На спину и голову Катрин сыпались жерди и пласты соломы с остатков кровли.

Сарай устоял. Обстрел стих почти так же внезапно, как начался. Все-таки немцы исключительно дисциплинированная нация. Катрин раскопала винтовку из-под прелой соломы и щепок.

Продула затвор и поползла к стене. Доски превратились в дуршлаг. Тонкие лучики, врывающиеся в пулевые отверстия, раскрасили комбинезон девушки в солнечный камуфляж.

— Все живы? — кашляя, спросил пограничник.

Живы были все, только бедный Егор, похоже, потерял дар речи.

— Уходите немедленно, — сказала Катрин.

— Да ты… — начал пограничник.

— Заткнись, лейтенант, — отрезала девушка. — Раненые сейчас права голоса не имеют. В воду и вдоль камышей. Я прикрою.

— Катя, ты нас за свиней считаешь? — громко спросил Любимов.

— Нет. Вы советские воины. Понимаете целесообразность и необходимость такого решения.

— Не выдумывай, — проворчал пограничник.

— Заткнись. Некогда спорить! — нетерпеливо рявкнула Катрин. — Любимов, ты откомандирован в мое распоряжение. Приказ комполка не отменял. У меня задание. Не мешай выполнять. Понял?

Немецкая цепь осторожно приближалась.

— Убирайтесь немедленно. Автомат только оставь, — Катрин сама перекатилась к лейтенанту.

Пограничник заворчал.

— Приказ, лейтенант, — прохрипел Любимов. — Идем к воде…

Первым в дыру протиснулся водитель, за ним, матерясь сквозь зубы, выполз пограничник.

— Спасибо, — прошептала Катрин, выдирая из рук лейтенанта автомат.

— Молчи, лейтенант, — Катрин выхватила из кармана его галифе запасные магазины. — У меня действительно задание. Только попробуйте не прорваться. Вам еще до мая 45-го воевать, — девушка без шуток подтолкнула ногой Любимова к дыре.