Выйти из боя

И служишь ты не в РККА, а в МО РФ, и торчать здесь глупо, — ничем ты сданному городу-крепости не поможешь. Приказ выполнен, раненый «объект-субъект» благополучно загружен на борт тральщика. Тральщик дойдет до Новороссийска обязательно, так и по «первому» варианту получалось, так и по «кальке» просчитали. Возникшие в ходе операции форс-мажорные обстоятельства подчищены. Все? Или нет? Каковы отдаленные результаты вмешательства, фиг его знает. Сержанты-контрактники — они не историки, не прорицатели, не астрологи, им платят, они людей из-под бомб вытаскивают.

Сомнительная, конечно, и малодостойная, но работа.

Катя посмотрела на винтовку. «СВТ-40» с аккуратно прикрытым тряпочкой затвором лежала на рухнувшей балке. К самозарядке Токарева девушка питала слабость еще по давешним временам. Хорошее оружие, хотя многие бойцы его нецензурно поминают. Ну, им, конечно, виднее — они местные. А для мимолетной гостьи из будущего сопредельного мира «ствол» в самый раз. И искать не пришлось, самозарядка сама под руку подвернулась.

Хотя, если в отделе узнают, шуму не оберешься. Приказ был строгий: «Обойтись без „ура“, „полундры“ и штыковых атак». Справедливо, если к остаткам гарнизона ПОРа прибавить еще один «штык», вряд ли такое пополнение сыграет заметную роль в боевых действиях. Гордыней страдаете, тов. сержант. И глупостью. С другой стороны…

С другой стороны, кое-что удалось сделать для личного успокоения.

Винтовка лежала тяжелая, надежная, готовая загавкать, куда прикажут. На темном прикладе четыре ровные старательные зарубки, это от прежнего хозяина осталось.

«Своих» фрицев Катя не считала. Хотя не зря подсумки пояс двое суток оттягивали. Вчера девушка поработала. Скорее всего, фрицы из 70-й пехотной подвернулись. Ну, с тем, как немцам под Балаклавой наши во время прорыва вломили, не сравнить, но все-таки…

Теперь все. Кто из 142-й дивизии и сводных батальонов прорвался, тому еще воевать и воевать. На Херсонесе еще держатся, и, видимо, крепко держаться будут. Остальным или вечная слава, или…

Утром Катя видела первую колонну пленных, провели их немцы по Ялтинскому шоссе.

Каждому своя судьба. Это уж как повернется. Бывает, случай судьбу решает, бывает, человек случаю шанса не дает. Сержант Мезина осуждать и оправдывать не бралась. Сама два раза в плену прокуковала. Пусть это и до службы случилось, и война там была своя, личная. Вспоминалось о тех случаях с отвращением, но спокойно. Понятно, хорошенькой девушке мгновенного расстрела не видать. Поразвлеклись.