Я нормально зарабатываю, правда! У нас остаётся каждый месяц хорошая сумма.
Просто я не могу их показать как доход. Это оформлено как донаты.
— Может быть. Но я — не настолько. У меня практически ни черта не остается. Надо доводить до ума дом.
— Но ты же больше не один... - испугавшись своих слов и того, что он замер после них, застываю.
Уж лучше выяснить все сразу, чем как дура летать в иллюзиях и разбиться.
Нервно усмехается.
— Ммм.... Конечно, — сжимает мою руку.
— Я что-то не так сказала? — расстраиваюсь окончательно.
— Мы... не.... вместе? — беззвучно шепчу я.
— Вместе. Просто.... это что-то совсем новое в моей реальности — усиливаться женщиной, а не усиливать её. И я.... не уверен, что это правильно по отношению к тебе.
Сжимаю его руку в ответ.
— Ты очень меня усиливаешь. Правда.
— Ой, да ладно... - интонацией Ярика.
— Мне будет очень приятно, если мы подарим Ярику гитару. Очень!
— Уффф.... ладно. Но без фанатизма, пожалуйста, с этой функцией.
Довольная, еле сдерживая улыбку, смотрю в окно.
Дворники работают. В машине веет теплом. Дети ругаются сзади. Улица украшена гирляндами. На светофорах его рука периодически сжимает мою.
У меня ощущение сказки....
Глава 32 — Эпизод
""Верочка, не обижайся только, ладно? Меня вчера вырубило.... На морозе шесть часов отпахали"", — читаю сообщение от Добрыни.
Шлю ему сердечко.
""Сегодня приеду, буду тебя любить.""
Я не обижаюсь, нет!
Моя еда похвалена, тайком от детей мне прилетело несколько поцелуев. И самая вкусная ягодка с десерта.
Мои губы не могут перестать улыбаться.
Все так хорошо, что страшно. Но я стараюсь не поддаваться этой опаске, рождающейся где-то глубоко внутри.
— Вера!
Раздражаясь одергивает меня от экрана Анатолий.
— Хватит лупить в телефон. С тобой разговаривают.
— Аааа... Да? Ты со мной? Я думала с Алиной.
Мы сидим за столиком открытого кафе в торговом центре. Анатолий требует девочек. Но к нам ехать отказался.
Мирон с нами. Ярослав — на тренировке.
Алинка, услышав свое имя поднимает глаза от экрана телефона, лежащего под столом на коленях.
— А?
— Телефоны немедленно убрали! — цедит он гневно.
Девчонки, хмурясь прячут телефоны, а я — нет.
Он кивает на мой телефон.
Моя рука дёргается по инерции.
Но....
— Нет. Я жду сообщение от мужа. Никуда я его убирать не буду. Хотел что-то сказать — говори.
Образ Добрыни придает мне уверенности. После того, как Добрыня на него наехал, Толик ни слова не написал в переписку.
