Страшно расстроенная Рута пообещала собрать самый милый букет невесты, какой видел Город десяти островов, и весь вечер жалобно шмыгала носом, словно я не в замужнюю жизнь отправлялась, а на верную гибель.
Арлис поклялась, что на Тегу меня не примет ни один приличный дом мод, на том мы разошлись. Резко и неприятно. Вскоре в моей скромной квартирке появился лощеный мужчина средних лет в дорогущем костюме и со столь же дорогим портфелем. Стряпчий семьи Гард принес брачный договор. Соверен действительно оказался щедр.
Будь я немного алчнее, то обняла бы бумаги и сплясала в нашей гостиной победный танец лесного народа. С притопами, прихлопами и дикими воплями.
Он переписал на мое имя особняк, выделил ежемесячное содержание, о котором не могла мечтать ни одна нимфа, работающая в доме мод, даже Тамарин, а после неизбежного развода предложил приличную компенсацию.
— Рано или поздно от господина Гарда потребуют обзавестись семьей и наследниками, — проговорил поверенный, даже не представляя, как сильно у меня кольнуло сердце на простом и очень глубоком слове «семья».
— И он женится. Я имею в виду по-настоящему.
— А сейчас вроде пробного заплыва? — фыркнула я и черкнула роспись в строчке возле своего имени. Оставив выпад без внимания, поверенный снова полез в портфель:
— И еще кое-что…
Передо мной на низкий столик из железного дерева поставили полированную неприметную шкатулку. Под крышкой в колыбели бархатной подложки тускло светился черный кристалл с выемкой на отшлифованной грани.
— Что это? — изогнула я брови.
— Клятва о неразглашении.
— Конечно, — скривила я губы. — Зачем доверять честному слову, если можно использовать магию. Не сомневайтесь, у меня тоже нет большого желания признаваться, что я согласилась на роль тренировочной жены.
— Мой клиент доверяет, но магия надежнее.
— Естественно, — с иронией отозвалась я.
— Если вы против…
— Господи, не делайте из меня меркантильную нимфу, — перебила я и решительно прислонила указательный палец к выемке. Кожу резко проткнул магический заряд, кристалл замерцал кроваво-алым цветом.
На внешней стороне запястья вспыхнул и погас сложный символ, состоящий из переплетенных букв первородного магического языка. Я отняла руку от кристалла и проверила проколотый магией палец. След был почти незаметен.
Поверенный опустил крышку на шкатулке, забрал бумаги и поднялся.
— Как бы то ни было, желаю счастья.
Даже не знаю, мне следовало оскорбиться или поблагодарить? Я промолчала.
