— Ты меня окончательно достанешь? — предположила я.
— Я все равно соблазню тебя. Так что довольно набивать себе цену. Клянусь, я не считаю тебя дешевкой.
Набивать цену? Дешевка?! Я почувствовала, как меняюсь в лице. Значит, так Соверен Гард видит мое нежелание прыгать в любезно расправленную постель и, катаясь по подушкам, рыдать от благодарности? Мило, ничего не скажешь."
"— Вообще, господин Гард, это так по-мужски, подавлять девушку физической силой, — со злостью фыркнула я. — Прекратите надо мной нависать.
Больше заняться нечем? Тогда займитесь ремонтом площади!
Господи, что я несу? Какой — к лысым бесам — ремонт площади?!
Он резко выпрямился, а я по-прежнему вжималась в угол дивана. Хотелось добавить что-нибудь оскорбительное, но ничего умного в голову не шло. Как ни в чем не бывало он небрежно уронил:
— Ты все еще не хочешь остаться на ужин?
— Нет, но очень хочется пожелать тебе подавиться вилкой!
Я вскочила на ноги с такой проворностью, точно под пятой точкой распрямилась пружина, скинула пиджак на пол, подхватила пальто и ринулась к выходу.
— Лаэрли! — окликнул меня Соверен.
— Не смей меня провожать! Я в состоянии поймать кеб! — взвилась, словно в меня саму ткнули приснопамятной вилкой.
— Может быть, все-таки обуешься? — со снисходительной улыбкой напомнил он.
Домой я возвращалась в карете, украшенной гербом семьи Гард, и с охранником Мартом Тэгу — на козлах возле кучера. На ногах красовались новые туфли без каблука, под пальто — порванное платье.
Следовало думать, как оправдаться перед Арлис, но отчего-то из головы не выходило наше с Совереном прощание.
— В следующий раз я хочу видеть золотое платье, — объявил он.
— Катись в ад! — гордо вскинув подбородок, я вылетела из апартаментов.
— В аду золотое платье тоже будет к месту, — донеслось следом.
Глава 3
Немыслимое причинение добра
«Ты все еще хочешь замуж?» Соверен Гард
«Спасите бедную невесту от мамы!» Лаэрли Астор
При жизни мой дед любил говаривать, что половина успеха в сражении — это внезапность, поэтому к мадам Салазар я нагрянула в то время, когда нормальные люди отпаивались утренним кофе, боролись с сонливостью или похмельем и лениво просматривали новостные колонки в газетах.
Я поднялась на крыльцо и категорично застучала медным молоточком. Через некоторое время мне открыли. Из помпезного холла на меня смотрела горничная.
— Доброе утро, — улыбнулась я.
