— Поняла! Пусть Ванечка делает карьеру. А ты сама к нам приезжай, скоро папа вернется — будем помогать с Матюшкой.
Да, хорошая идея.
— Именно так, мам. Будем приезжать к вам сами.
Кидаю взгляд на Мирона. Надеюсь, он не запрёт нас в особняке. Но Красильников молча кивает.
— Ладик, я тогда побежала в душ! Созвонимся. Тебе там поди мужа ужином надо кормить. Пока-пока!
— Пока, мама.
Ну вот, кажется, я решила вопрос с родителями. А заодно сделала выбор… Мы остаемся у Мирона. Пока осознаю, в гостиной снова появляется Марина.
— Максим, вам, может быть, ужин положить? У нас сегодня запеченное бедро индейки с капустой и кабачком. Еще картофельное пюре для Лады делала, но его не много.
Брат сглатывает Мирон тут же кивает домработнице.
— Да, мы поедим. Зря ты эти печенюшки поставила.
— Ой, да не сообразила!
Помощница убегает, а я встаю из-за стола.
— Мне нужно глянуть, как там малыш. Пока, Макс.
— Если что звони, Лад. "
"Он явно чувствует себя неловко. Но это и не тот человек, который помог бы мне в этой абсурдной ситуации.
Предупредил насчет отца, и на том спасибо.
— А ты не хочешь поесть, Лада, — уже мне в спину раздается голос Мирона, — кормящей матери не нужна голодовка.
Мне хочется втянуть голову в плечи. Красильников уже задумывается, что нужно его сыну. И вот он не привык держаться в стороне.
— Я ела час назад. У меня немного другой график, — говорю, не поворачиваясь.
— Хорошо.
Поднимаюсь к Матюшке. Сын вот-вот проснется, а пока я ложусь на кровать и пялюсь в потолок.
Хм. странно, но я совсем не тоскую по комнате в нашей с Иваном квартире.
Мне плохо и тошно от того, что я узнала. Но нет щемящей грусти по дому, семье. Или это послеродовая усталость, или в суете я не замечала, что вокруг давно нет ничего хорошего.
— Иди сюда, малыш.
Сынок проснулся, беру его на руки. Снова пытаюсь разглядеть черты Мирона. Надо бы посмотреть документы по ДНК. Или вообще как-то сделать независимый тест… Найти материал Красильникова в доме — не проблема.
Вот только как смотаться в лабораторию незаметно?
Вот по чему я скучаю, так это по своей свободе. Родители всегда меня баловали, мало что запрещали. Пусть мои приключения были безобидными, а подружки хорошими, но мы часто куда-то ездили, гуляли, мотались на шопинг. Иван, правда, изначально ворчал, что надо бы экономить. Но пока мы просто встречались, я над его занудством только хихикала.
Потом был брак, болезнь отца — первые ограничения.
