– Марина доложила, что спала ты как убитая, а лицо и глаза от слез беспощадных страшно распухли.
– Да так, знаешь, бабуль, что-то нашло такое и прижало сильно, вот и прорыдалась, – честно призналась Поля.
– А это и хорошо, – похвалила бабушка. – В себе-то горе женщине держать нельзя, иначе оно ее изнутри проест и изведет. Это ж дело известное. А поплакала – и глядишь, попустит. – И спросила: – Выплакалась? Полегчало тебе?
– Полегче-то стало точно, а насчет выплакалась, не знаю, – ответила Поля и усмехнулась.
– Сосед твой из «Большого» дома помешал. И напугал меня ужасно. Вдруг раз и объявился из ниоткуда.
– Прохор-то? – заулыбалась бабуля, слабенько, но светло. – Он хороший человек. Мы дружно живем и в радость соседствуем.
– Да? – смутилась Поля и призналась: – Ты не рассказывала. И почему мы ничего не знаем о вашей дружбе?
– Да вот, не доложилась, – усмехнулась бабуля, – знала, что забеспокоитесь, проверять приметесь, вызнавать, кто такой.
А мне проверок ваших не надо, я и без них вижу, кто и чего стоит. Прохор Ильич мужчина достойный и человек настоящий, щедрой души.
– Прямо такой вот замечательный? – усмехнулась Полина столь положительной оценке соседа, которого толком и не разглядела, да и что она могла вообще разглядеть и понять в том состоянии.
– Да, такой вот, – строго поджала губы бабуля: верный признак недовольства.
– Ладно, бабуль, не сердись. Я твоему мнению доверяю: говоришь, хороший человек, значит, хороший, – поспешила успокоить Поля бабушку и вздохнула покаянно: – А я со страху его шуганула и обругала.
– Это нехорошо. – Василиса Макаровна сжимать губы перестала, но нахмурилась. – Он мне человек не чужой. Зря ты его обидела.
– Ты только не волнуйся, – испугалась Поля, что разволновала бабулю этим разговором, – я обязательно извинюсь. Вот прямо сегодня найду его, извинюсь и все ему объясню.
– Да уж, замирись, будь любезна.
– Обязательно.
Ты только…
– Знаю, – усмехнулась Василиса Макаровна, перебив внучку, – «не волнуйся». Не буду."
"Но «прямо сегодня» замириться с соседом не получилось. Сколько Полина ни выглядывала в окно и ни прислушивалась к звукам на улице, в надежде не пропустить, когда тот подъедет, но «хорошего человека» так и не дождалась – машина его не приехала, а дом до самой глубокой ночи, пока она не отправилась спать, так и стоял погруженный в темноту.
