Онлайн-библиотека книг
– Нужно было хорошенько отблагодарить его.
Лицо Натали загорелось алым. Чтобы поскорее отвлечься, она рассказала друзьям о том, как Джулиан пишет каждый вечер.
– И если бы его не было в кофейне в тот день… не хочу даже представлять, что могло произойти.
Либерти задумчиво гоняла соломинку по стакану.
– Итак, позволь я скажу прямо. Он в течение нескольких месяцев приходит каждый вечер, пишет что-то в тетради, вы поболтали… и все. Ты ходила с ним на свидание? Вне кофейни.
– Нет, – ответила Натали. – Мы…
– Он странный, – объявила Либерти и откинулась на спинку стула, словно подводя итог.
– Он не странный…
– А вдруг он гей? – воскликнул Маршалл. – Можно мне его?
Довольная улыбка на лице Либерти немного угасла.
– Ты всегда думаешь, что все геи, пока не будет доказано обратного.
– Я просто применяю то же правило, которое вы, гетеро, установили миллион лет назад.
– Какое же?
– Предположение, что все не геи, пока не будет доказано обратное.
– Как регрессивно.
Натали погрузилась в молчание, пока ее друзья продолжали переругиваться.
– Чтобы никто не мог сказать, что я не такой галантный, как сэр Джулиан.
Натали поцеловала его в щеку.
– Никто.
– И я рад за тебя, – произнес Маршалл мягким тоном, который она редко слышала от него.
– Я рада, – ответила Натали.
– Ну и хорошо, – сказал Маршалл. – Но, когда вы все-таки переспите, я первым должен об этом узнать. – Он склонил голову набок. – Подожди. Это прозвучало неправильно.
Натали рассмеялась и в шутку толкнула его.
Либерти высунула голову из окошка такси.
– Таксометр все еще работает, хотя вам все равно. Я не стану платить больше десяти баксов, Мистер Мешок с деньгами.
– Она нежный цветочек, не так ли? – подмигнул Маршалл.
Натали наблюдала, как он запрыгивает назад в машину и машет ей на прощание, сидя за тонированным стеклом.
– Слишком поздно.
* * *"
"Джулиан не появлялся целых три мучительных дня и вернулся только в понедельник вечером. Натали с трепетом ждала его визита. Их последняя встреча закончилась немного странно, когда он внезапно ушел. Девушка поклялась больше не говорить о Мендоне с таким фанатизмом, это явно отталкивало его.
