Там, на станции, глядя на пытающегося выиграть для меня время Стэна, я поняла, что мне просто не нужен мир, в котором не будет этого большого и чуткого мужчины.
И сейчас я пела для него песню, совершенно не осознавая, что ее слова передают смысл того, что со мной происходит. Тихо и тонко в мою душу прокралась любовь, навсегда изменив мое представление о ней. У нее медово-карие глаза, мягкая улыбка и огромное сердце, теплом которого можно согреться в лютый мороз.
— Лотта, — голосом Пола тихо прозвучало в моих наушниках.
— Там командующий эскадрой на адмиральском пиккере требует разрешить стыковку со стрэйнджером, а Элис сказала, что командир спит. Мы не знаем, что делать. Может, разбудишь его?
Я с тревогой посмотрела на лежащего в капсуле Стэнфорда, ожидая, что он сейчас откроет глаза из-за прерванной песни, но грудь его мерно поднималась и опускалась, а на лице не появилось ни одной хмурой складки. Если честно, я понятия не имею, каким было содержимое тех ампул, которыми я по его приказу зарядила капсулу, но очень может быть, что снотворное там наличествовало, потому что кэп, похоже, действительно крепко спал.
— Откройте шлюз. Это ко мне, — шепнула я в микрофон, бесшумно поднимаясь с места. Оставлять Стэнфорда одного, пусть даже спящего, почему-то ужасно не хотелось, а будить его, чтобы пустить на стрэйнджер Демина, было бы с моей стороны дуростью. Тем более что адмирал хотел поговорить именно со мной.
Помедлив еще минуту, я провела ладонью по овальной крышке капсулы и, тихо вздохнув, покинула медотсек.
***Несмотря на обстоятельства и то, что Демин напоминал мне о прошлом, которое я почти похоронила в глубинах своей памяти, я действительно была рада его видеть. Так радуются только встрече старых друзей. А если их еще и можно пересчитать по пальцам, то радуются вдвойне.
Сейчас, когда вокруг не было офицеров его штаба и заместителей и не нужно было держать лицо, Демин позволил себе вольность не смотреть на чины. Раскинув руки, он сгреб меня в дружеские объятия — пылко и простодушно, как это умеют делать только русские.
— Вы в отличной форме, Сергей Иванович, — потирая чрезмерно сжатое плечо, улыбнулась я. Несмотря на то, что мужчине было далеко за сорок, выглядел он просто отлично: светловолосый, крепкий, подтянутый, излучающий позитивную энергетику и силу.
— А ты думала, что мне уже подковы пора сдирать? — усмехнулся он. — Рановато. Ты почему сбежала? Я же просил меня дождаться.
