– И поответственней, Астор!
– Само собой!
Отпустив заместителя, Тойер подозвал арбалетчика Вига Гилена.
Гартвич оставался рядом.
Подошел молодой мужчина:
– Да, командир.
– Твой самострел в порядке?
– В полном. Тетиву заменил, отрегулировал плечевой упор. С расстояния в сто метров попаду в цель размером с яйцо.
– Надеюсь, не страусиное? Хотя и это тоже хорошо. Вы, – Тойер указал на Гартвича и Гилена, – потихоньку начинаете подбираться к северной стороне полигона. Идете, выдерживая направление прямо на юг.
На опушке леса занимаете позиции. Снятие часовых и захват пулеметов на постах – по моему сигналу: сова два раза, ответ по выполнению – тот же. Ну, а дальше знаете что делать. По крику кукушки три раза.
Гартвич кивнул:
– Знаем, командир, лишь бы Виг не подвел.
– Виг не подведет, – сказал Гилен.
– Действуйте.
Бойцы ушли.
Остались с Тойером трое подпольщиков.
– Становись!
Бойцы встали полукругом, чтобы видеть схему:
– Делаем так: лесом западной стороны выходим к объекту. Керт Нотбек должен будет занять позицию ближе к КПП и внутренней зоне.
Тебе, Керт, предстоит… – он довел задачу до Нотбека. – Я встану рядом, севернее. За мной на удалении в семь-восемь метров – Луис Шанге и Ингвард Куглер. По моему сигналу Готбек крикнет три раза кукушкой. И – начинаем операцию. Кому что делать, вы знаете, задача – выбить как можно больше гитлеровцев, чтобы получить возможность уйти без преследования.
– Да ясно все, – сказал Шанге. – Отрабатываем задачу, лишь бы на заводе все удалось.
Без успеха там наши усилия окажутся напрасными.
– Ты об этом не думай, Луис. У каждого своя задача. Если все выполнят ее как следует, мы лишим Гитлера, пусть и на время, грозного нового оружия. Теперь – порядок перемещения. Первым идет Нотбек, за ним – я, за мной – Шанге, за Луисом – Ингвард. Рассредоточившись в лесу, выходим к проволоке, используя многочисленные кусты, которые эсэсовцы поленились вырубить.
Нотбек усмехнулся:
– Зато метут территорию каждый день.
– Вот и дометутся, – зло проговорил Шанге.
– Устроим здесь этим ублюдкам ад, на себе сволочи почувствуют, каково быть под обстрелом. Ведь это они охраняли заключенных концлагеря на Ургедоне, зная, что их уничтожат. Как говорится, зуб за зуб.
– Все, время, пошли!
Последняя группа двинулась в лес.
Временной график выдержали, вышли к «колючке» ровно в 7.00, когда на полигоне был объявлен подъем, а помощник начальника караула, молодой обершарфюрер, начал менять часовых.
