Взгляни на меня

Когда Линн не появилась в офисе в четверг и пятницу, Мария подумала, что Барни, вернувшись, от злости полезет на стенку, хотя бы потому, что секретарша даже не удосужилась позвонить и предупредить о своем отсутствии. Но Барни просто переложил обязанности Линн на Марию, без объяснений и комментариев.

О родителях она тоже волновалась. Папа продолжал оплакивать Копо и впал в такое уныние, что перестал появляться в ресторане, а мама тревожилась за него. Мария ужинала с родителями во вторник и в четверг, Серена в понедельник и в среду, и в субботу сестры решили, что нужно что-то предпринять.

Мария надеялась развеяться. Серена тоже. Но, как только Колин вышел на ринг, Мария ощутила такой прилив радостного волнения, что девушку даже затошнило. Но как быть с чувством острого сожаления?

Что все это значило?

Поскольку родители грустили из-за Копо, невозможно было отказываться от обычного воскресного завтрака, хотя Мария была совершенно не в силах кого-либо морально поддерживать.

Вот почему Серена, буквально вибрировавшая от нетерпения, застала ее врасплох. Как только старшая сестра затормозила, Серена бросилась к ней.

– В чем дело? – спросила Мария.

– Я знаю, что нужно делать, – сказала Серена. – И не понимаю, почему так долго не могла сообразить – ну, наверное, потому, что я идиотка. Зато мы теперь снова заживем нормальной жизнью… конечно, я люблю маму и папу, но не могу приезжать несколько раз в неделю, не считая воскресного завтрака! Мне и так уже приходится проводить время с ними в ресторане… и я хочу хотя бы немного отдохнуть, понимаешь?

– Я знаю, как помочь маме с папой.

Мария вышла из машины.

– Очень оптимистично.

– Я же сказала, у меня есть план.

Хотя и потребовалось некоторое время на уговоры, Феликс и Кармен, несмотря на все отговорки, не смогли отказать дочерям.

Сев в отцовскую машину, они поехали в «Человеческое общество».

Припарковавшись у невысокого и неприметного здания, они вышли, и Мария невольно заметила, что родители едва волочили ноги. На их лицах было написано сомнение. «Еще слишком рано», – запротестовала Кармен, когда Серена изложила свою идею. «Мы просто посмотрим, – заверила дочь. – Никто вас не торопит».

И теперь родители тащились вслед за дочерьми к дверям.

– Сомневаюсь, что это хорошая мысль, – шепнула Мария, наклонившись к уху сестры.