– Я с трудом выпрямил кочергу, нажав на неё ногой. – Следи за домом, если кто спросит – мы с Ягой на задании.
– Слушаюсь.
– Да, и это… если вдруг дьяк Груздев захочет сбежать, отпусти. Может, его волки съедят.
– Потравятся, бедолаги, – уверенно буркнул Митяй, почесал пуленепробиваемый лоб и вернулся в избушку.
Я же, положив незатейливый инструмент кочегаров на плечо, бодрым шагом отправился к оранжевому огоньку. При ближайшем рассмотрении оказалось, что это небольшой костерок, у которого на пенёчке грелась бабка.
– Здравия желаю главе нашего экспертного отдела!
– Не шуми, соколик, леший услышит.
– А разве мы не его тут ждём?
– Его, родимого, ожидаем, кого ж ещё. – Яга хитро улыбнулась, демонстрируя страшный клык. – Да только леший у нас плут известный, ему человека по лесу кружить – одно веселье. Сам просто так не покажется, а уж коли и придёт, так помогать задарма нипочём не станет.
– Это я помню. Приходилось встречаться.
– Так вот, Никитушка, зачем я тебя звала-то. – Бабка поманила меня пальцем поближе, шепча на ухо: – Уж как леший заявится, так ты, смотри, сиди смирно, в разговоры не лезь, чего бы ни было! Однако ж как только паскудник энтот бородавчатый начнёт на меня руки распускать, бей его кочергой прямо по кумполу!
– А если не начнёт?
– Начнё-от, – певуче протянула моя домохозяйка, зачем-то расстёгивая верхнюю пуговку сарафана.
– Уж кто его, развратника старого, лучше моего знает. Так что не забудь: как он тока того, ты его сразу энтого!
– Ну, в таком случае вам, наверное, было лучше Митю позвать.
– Да тьфу на тебя, участковый! У него ж, поди, сила немереная, шибанёт кочергою от всей души, так невинному лешему и кирдык! Враз лапти отбросит. Чего ж за-ради я мальчонку под статью уголовную подводить стану?
Ну это правильно, подумал я, Митю под статью нельзя, он у нас маленький, дылда ростом за два метра. А как меня, женатого человека, так, значит, запросто можно?
И чтоб вы знали, это отнюдь не свидетельствует, что Баба-яга относится ко мне с меньшей заботой. Просто периодически она искренне полагает, что раз я сам и есть сыскной воевода, то самого себя же под уголовщину подводить не стану, верно? То есть уж я-то выкручусь из любой ситуации, перепишу протоколы, подделаю улики, запугаю свидетелей и всё в этом духе.
Как вам?"
"Причём ведь именно наша милая старушка как никто другой заботится о чести милицейского мундира! Если умом Россию не понять, так это про нас…
– А как мы лешего вызывать будем?
– Феромонами, – шепнула бабка.
