Он вспомнил, как эти руки – сильные, но терпеливые и нежные, - ласкали его тело в самый первый раз, тогда, на узкой кровати, в школьном общежитии… Вспомнил, как они с Акутагавой гуляли по лондонским улочкам, держась за руки, как самые обычные влюбленные… Вспомнил, как Акутагава обнимал его за талию, когда они поздним весенним вечером стояли в чайном домике любования Луной…
Их рукопожатие затягивалось, они смотрели друг на друга и молчали. Юки любовался повзрослевшим лицом Акутагавы – оно стало еще красивее, чем пять лет назад.
Вблизи кожа казалось столь же нежной и цветущей, как и раньше – но исчезла некоторая юношеская округлость черт, лицо немного удлинилось, а скулы проступили явственнее. Глаза же остались прежними – омуты, опасные омуты… Взгляд Акутагавы был спокойным и непроницаемым. В отношении самого себя Юки с отчаянием понимал, что его собственные глаза, в отличии от Акутагавы, рассказывают слишком много…
- Поверить не могу! – воскликнула Бэтси. – Мацу, почему ты никогда не рассказывал, что учился с господином Акутагавой в одном классе?
- Да, - кивнул головой в знак согласия с дочерью Рю Мэкиен.
– Я, если честно, просто в шоке. Ты, Мацу, оказывается темная лошадка!
Юки высвободил свою руку и отступил назад. Ему казалось, что ноги сейчас подогнутся, и он упадёт - на всеобщее посмешище.
- Он всегда был скромником, - ответил за него Акутагава, - и никогда не любил хвастаться.
- Это точно, - Бэтси интимно взяла Мацу под руку. – За это я его и люблю.
- Когда я вчера увидел его на банкете, то не поверил своим глазам, - продолжил Акутагава, разглядывая их.
- Мы несколько лет с Мацу не виделись. Потом, когда вы, господин Мэкиен, сказали что он жених вашей дочери, то я подумал – раз мой школьный друг собирается влиться в вашу семью, то я непременно должен приблизить вас к себе. Не дело, когда будущая семья дорогого друга не становится и моими друзьями тоже.
- Тут вы правы! – Мэкиен, сияя, торжественно пригубил шампанское.
До Юки с опозданием дошло, что его только что назвали женихом Бэтси.
Причем – с подачи Рю Мэкиена. Что?!… Но возразить сейчас он бы не смог – язык его не слушался. Нужно сначала хоть немного прийти в себя… Но как это сделать, если одно присутствие Акутагавы действует на него как дурман?…
В образовавшееся из-за появления Акутагавы у бара свободное пространство выплыл Асбаб, уже успевший поволочиться за несколькими одинокими гостьями. Он решил подкрепиться хорошим коктейлем, чтобы с новыми силами начать «ловлю рыбок».
