Даже жаль, а то сейчас бы скрутил его в двойной морской узел.
- Ты все такой же, - Юки шмыгнул носом, который потихоньку начал подмерзать.
- Какой? – переспросил Акутагава. – Манипулятор?"
"- Да. Но я решил - ты нужен мне независимо от того, что сделал в жизни. Мне понадобилось пять лет, чтобы дозреть, но сейчас я спокоен, когда говорю это. Да, ты манипулятор. Но при этом ты ценный человек, ты мой любимый человек…
- Ты принимаешь тот факт, что я убийца и мои отношения с отцом выходили за грань нормы?
- Я надеюсь, что ты мне объяснишь.
Я очень на это надеюсь… И почему про отца ты сказал в прошедшем времени?
- Потому что после того, как ты ушел от меня, я предупредил отца – если он еще раз до меня дотронется, я просто его убью. Он не стал рисковать и проверять. И сейчас папочка любит меня на расстоянии. Мы с ним деловые партнеры.
- А убийство? Зачем тебе понадобилось кого-то убивать, когда ты был ребенком? Тебя отец заставил, да?
- Нет. Я сам хотел убить этого ублюдка.
И убил. Так я отомстил за свою мать, которую он довел до смерти. И я никогда об этом не пожалею. Такие подонки должны не ходить по земле – а лежать в могилах, где они больше никогда и никому не смогут причинить вреда и боли.
Из глаз Юки побежали слезы. Теперь он понял.
- Почему ты мне сразу не сказал? – всхлипнул он.
- А ты хотел меня слушать?
Юки низко опустил голову. Акутагава сделал шаг к нему, руками обхватил голову и заставил его посмотреть ему прямо в глаза:
- Давай оставим это в прошлом? Не забудем, не закроем глаза, а просто пойдем дальше.
Вместе.
Юки обхватил запястья Акутагавы пальцами, гладя кожу и утопая в желанной близости. Но подушечками пальцев он вдруг почувствовал небольшой рубец, и это напомнило ему, что вот этот вопрос остался еще не разъясненным. Юки отнял от себя его ладони и чуть отодвинул в сторону ткань пальто, глядя на шрамы.
- Так что это?…
- Я порезался, - невозмутимо ответил кареглазый молодой человек.
- Ясно, что не обжегся! Такие шрамы остаются тогда, когда… - Юки задрожал, додумав мысль до конца.
Когда режут вены, желая окончить жизнь самоубийством. Он с ужасом уставился на Акутагаву: - Ты… ты…
- Я хотел застрелиться. Но Тэкесима и Сугавара забрали у меня оружие и постоянно следили за мной. Тогда я улучил момент - ушел в ванную и разрезал вены. Это выглядело как-то по-девчачьи, но более «мужественного» варианта под рукой на тот момент просто не было.
