Взрывная страсть

Быковская ничего мне не сказала, поднялась, и через несколько секунд уже звонила на телефон горячей линии. Не слышала, что она говорила, проводя по волосам наивной женщины, сдерживая гнев, чтобы не зарычать, наблюдая, что она совсем и не дышит. Сжала ее за плечо и гневно выдала:

— Не смей! Слышишь?! Не вздумай мне помирать."

"Дальше хлопнула дверь и на мгновение увидела нахмуренного Лыкова, закрывающего все свободное пространство своим огромным, мощным телом, и двух худеньких парней в форме. Они быстро скрутили обидчиков Дубининой и исчезли с поля зрения.

Очнулась, когда меня дернула за плечо Кристина, громко выдавая:

— Лида, вставай. Давай-давай, врачам нужно ее осмотреть, а потом будем транспортировать.

Посмотрела вверх, встречаясь с темно-зелеными глазами высокой женщины в очках на строгом лице в теплой медицинской спецодежде, и хрипло выдохнула:

— У нее отрытый перелом ребра. Халатом накрыла.

Женщина присела и, убрав тряпку, внимательно осмотрела, проверяя пульс, тут же выдавая:

— Евгения Олеговна, звоните.

Светловолосая молодая женщина с сумкой кивнула, а потом обратилась к кому-то в сторону и уже через несколько секунд наблюдала, как Володя и Артур осторожно перекладывают Ирину на носилки, и направляются на выход из подъезда.

Повернулась к врачу и проговорила:

— Я… поеду с вами.

Посмотрев на меня, она кивнула, тут же добавив:

— Переоденьтесь. Ждем вас в машине.

— Вы поезжайте, а мы за вами на машине, — предложила Кристина, и протянула паспорт и полис Дубининой. — Вот. Нашла в ее квартире. Вы только скажите, куда нам путь держать.

— Больница скорой помощи номер два, — сухо проговорил врач, отдавая документы девушке с чемоданом.

Слушала разговор, чувствуя, как меня трясет от холода, тут же задаваясь вопросом, когда Кристина успела взять документы. Я даже не помнила этого…

— Постарайтесь не отставать, — проговорила женщина и поспешно начала спускаться по лестнице, а мы продолжали стоять.

— Поехали на лифте, а то ты завтра сляжешь. Дубак, а ты как амазонка полуголая бегаешь.

Кивнула и, посмотрев на себя, ужаснулась. Боже мой! Мало того что я стояла в тонком пеньюаре, так подол был полностью в крови. Черт…

Но холод не так бил, как опустошение внутри. Было мерзко, как никогда. Все к одному.