— Теперь бойцы из вашего батальона и полка есть?
Таких оказалось еще с полсотни, их тоже отвели в сторону к первым и бойцы Щукина просто принялись проверять у них документы, а сам Щукин и старший лейтенант в недоумении смотрели на меня. Ещё три небольшие группы бойцов общей численностью в сорок три человека встали в сторону, правда у каждого из этой группы я проверил документы лично. Осталось лишь девятнадцать человек одиночек, они продолжали стоять в строю, а я оглядел их и один из них, сержант, мне не понравился. Слишком опрятно он выглядел по сравнению с другими, но всё же всякое бывает, поэтому я пока просто взял его на заметку.
Подойдя к бойцам, стал по очереди проверять их документы, но после проверки ни куда не отпускал. Проверил и у сержанта, судя по дате, выдали их перед новым годом, а скрепки просто блестели стальным сиянием. Спокойно вернул сержанту его документы и перешёл к следующему бойцу. Через пару человек ещё один красноармеец мне не понравился, если от остальных пахло потом и дымом, то от этого едва уловимым запахом земляничного мыла.
Закончив с проверкой документов, подошёл к капитану и тихо, что бы кроме капитана и стоявших рядом с ним его бойцов ни кто не услышал, произнёс.
— Сержант и третий от него боец слева твои клиенты. Сейчас с бойцами спокойно подойдёшь к первому в шеренге и как бы изучающее пойдёшь к концу, когда поравняешься с красноармейцем, заломите обоих.
— Хорошо, всё слышали?"
"Это Щукин сказал уже своим бойцам. Неторопливо мы все приблизились к шеренге окруженцев и капитан не спеша, вглядываясь в нервничающих бойцов, пошел к краю шеренги.
Когда он миновал третьего, после сержанта бойца, его люди мгновенно их скрутили. Вернее скрутили бойца, а сержант как то ловко извернулся и оба бойца особиста отлетели в сторону. Сержант мгновенно выхватил из своего сапога финку, вот только больше ничего сделать не успел, так как я был настороже и шел позади капитана с таким расчётом, что бы оказаться именно возле сержанта, когда его будут брать. Молниеносный удар в челюсть, и потерявший сознание сержант отлетает назад, где и остаётся лежать на земле.
— Теперь объясняй, чем они привлекли твоё внимание и вообще, объясняй всё.
— Хорошо, сначала лейтенант, он не одиночка, вышел со своими бойцами, значит не агент немцев, как и его бойцы, а также люди из его части. Остаются малые группы и одиночки, вот они и стоят в этой шеренге. К сержанту чуть позже вернусь, а пока по тому бойцу, понюхай, чем пахнут остальные бойцы, и чем этот.
