Welcome в прошлое

Можно, конечно, помечтать о сотрудниках ГИБДД, которым вдруг придет охота свернуть к лесу, или еще о чем-то в этом роде, но увлекаться не стоит. Предложить мне Лапикову нечего, значит, договориться не получится. Я мысленно обратилась к своему ангелу-хранителю, чтоб не дал пропасть. Смотрела в окно, отказываясь верить, что доживаю последние минуты своей жизни.

По едва заметной дороге мы въехали в лес, теперь джип двигался куда медленнее, а Виктор, как и я, поглядывал по сторонам, высматривая подходящее место. Довольно скоро такое нашлось.

Дорога шла под гору, внизу начинался овраг, заросший кустарником.

– Ну, вот, пожалуй, и приехали, – сказал Лапиков. – Как тебе местечко?

– Лучше не придумаешь, – кивнула я. Мой ответ, точнее, внешнее спокойствие его насторожило.

– Прогуляйся, – кивнул он напарнику.

Тот заглушил двигатель, выдернул ключи из замка и вышел из машины. Отсутствовал он минут двадцать, потом подошел, распахнул мою дверь и сказал:

– Выходи, – велел мне Лапиков. – Денечек-то какой, – засмеялся он, выбираясь из машины.

 – Обидно помирать, а?

– День как день, – пожала я плечами. – А помирать в любую погоду неохота.

– Это точно. – Держась от меня на расстоянии, он протянул пистолет здоровяку. – Топайте.

Тот взял оружие, я усмехнулась:

– Чего ж не сам? Я ведь задолжала тебе, а не ему.

– Руки марать неохота, – буркнул Лапиков.

– А тебе охота? – повернулась я к парню.

– Шагай, – сказал он, но чувствовалось, что мои слова кое-какое действие возымели.

Лапиков злился, а здоровяк призадумался.

Он сделал шаг, оказавшись вполоборота ко мне. Лучше не придумаешь. И я, вновь вспомнив ангела-хранителя, призвала на помощь все свое умение. Развернулась на пятке, радуясь, что на мне кроссовки, а не туфли, и ударила его ногой. Он согнулся, я перехватила его руку, заломила назад, и пистолет оказался у меня. Лапиков за секунду до этого бросился ко мне и, схлопотав ногой в подбородок, отлетел в сторону и тюкнулся головой в открытую дверь джипа. Я ударила его еще раз. В этот момент здоровяк, глотнув ртом воздух, смог-таки выпрямиться, но натолкнулся на пистолет в моей руке. Его пыл это охладило, он отступил на шаг, с беспокойством глядя на Лапикова.

Моя внешность в очередной раз сыграла с недругами злую шутку. От субтильной девицы такой прыти никто не ожидал. Откуда им знать, что я десять лет кряду молотила ногами и руками боксерскую грушу, вымещая на ней бессильную ярость оттого, что ничего не могу в своей жизни изменить, отыграть назад, исправить.