Welcome в прошлое

Мент вряд ли случайно оказался в ресторане. Так что ему там понадобилось? Может, он знал, что в один из вечеров там должно произойти нечто любопытное? Появление трупа мента вряд ли порадовало бы, следовательно, ждал он чего-то другого. Чего? А что, если меня? Может такое быть? Светлана с Володей ни особым умом, ни осторожностью не блещут. Вот только менту какой интерес во всей этой истории?

Размышляя, я сама не заметила, как оказалась в сквере возле драмтеатра. В такое время сквер не самое подходящее место для одинокой девушки, с другой стороны, я в трех шагах от площади, где дежурит наряд милиции.

«Будем считать, что здесь безопасно», – решила я, плюхнулась на скамейку, вытянула ноги и закурила. Сигареты были дешевые, от них во рту появилась горечь, я закашлялась и бросила сигарету в урну и в тот момент заметила мужчину. Он шел по аллее в мою сторону, шел не спеша, сунув руки в карманы ветровки, и походил на собачника, праздно шатающегося в ожидании, когда питомец вдоволь набегается.

Я огляделась, но собаки нигде не обнаружила.

Мужчина поравнялся со мной, замедлил шаг. Я насторожилась, чего доброго, ему придет охота пристать с разговорами. Но он прошел дальше. Я с облегчением вздохнула. Вступать с кем-либо в беседы я не собиралась. Попыталась сосредоточиться на своих мыслях, но в сторону мужчины все-таки посматривала. Он дошел до конца аллеи, развернулся и теперь возвращался назад. Я понадеялась, что у него хватит ума и в этот раз пройти мимо. Не хватило.

Поравнявшись со скамьей, на которой я сидела, он спросил:

– Не поздновато для прогулок?

Я решила не отвечать, все еще лелея надежду, что он настойчивости не проявит.

Мужчина сел на другой конец скамьи, сцепил руки замком и косился на меня. Самое время мне было подняться и уйти, но делать этого не хотелось: во-первых, набегавшись за день, я мечтала дать отдых ногам, во-вторых, скамеек в сквере сколько угодно, а эту я заняла первой. Следовательно, это ему нужно убираться отсюда, а не мне.

– Девушке не безопасно болтаться по ночам в одиночестве, – заметил он с усмешкой.

– Отцепись, а? – попросила я миролюбиво.

– Ты как со старшими разговариваешь? – хмыкнул он. Физиономию его я в темноте разглядеть не могла, но, судя по голосу, до пенсионного возраста ему далеко. – Родители знают, где ты?

– Слава богу, ты не мой родитель.

– Два часа ночи, – не унимался он. – Что, некуда идти?

– Задолбал ты, дядя, – буркнула я, поднимаясь со скамьи с большой неохотой.