XVII. Де Брас

— Убейте его! — голосок у франта срывался от волнения, но двое приятелей встали за его спиной, показав, что все серьезно. — Убейте!

Оставшиеся на ногах нападавшие разделились. Двое повернулась ко мне лицом с намерением атаковать, остальные решили сдерживать моих друзей. Бесполезное занятие. д’Артаньян и братья пробьются через этот заслон, как слон сквозь пшеничное поле.

— За виконта де Карок! — прозвучал боевой клич, и это в корне изменило мое решение относительно участи нападавших.

В голове все сложилось, я сообразил, что передо мной сейчас никто иной, как наследник земель Карок, а значит, с большой долей вероятности, молодой глупый франт — сын графа Рошфора.

Нет, сын — вряд ли — граф недостаточно стар, чтобы иметь столь взрослого сына, но то, что этот прыщ какой-то его близкий родственник — это точно! Такое везение случается нечасто, нужно им воспользоваться!

— Молодого взять живым! — приказал я свои, и они меня прекрасно поняли.

Схватка завершилась быстро и с полным нашим преимуществом.

Из моих друзей никто не пострадал, а вот со стороны противника не обошлось без пары ранений. Впрочем, в этот раз мы щадили врага. Так что больше прошлись кулаками, нежели шпагами.

Франта я вновь отправил видеть сны точным ударом, а когда общее дело было закончено, и все наши недоброжелатели валялись по углам и постанывали, приходя в себя, приказал спеленать его понадежнее и спешно готовиться к отъезду. Провести спокойную ночь в Орлеане нам было не суждено.

Люка выбежал на улицу и вскоре вернулся, сообщив, что нанял карету, в которой можно вывезти нашего пленника за пределы города. Это он хорошо придумал, не перекидывать же бездыханное тело виконта через круп лошади — привлечет внимание городского ополчения или стражников, а сражаться с превосходящими силами противника было нерационально.

Через пару минут карета уже мчала по узким улочкам Орлеана. Д’Артаньян сидел внутри, контролируя молодого Карока на случай, если тот очнется и попытается сбежать.

Мы же с Люкой и Бенезитом сопровождали экипаж верхом.

Кучер не задал ни единого вопроса, когда мы пихали тело Роберта в карету, зато тут же запросил в десять раз больше за свои услуги, и я сразу отсчитал нужное число монет. Восточные ворота еще не были заперты на ночь, но стража как раз собиралась опускать герсы. Мы успели вовремя и просочились наружу, как рыба выскальзывает из рук неумелого рыболова. Теперь можно было расслабиться.