XVII. Де Брас

Таков мой приказ! А сейчас идите, у меня еще много дел…

Я вышел в некоторой растерянности. В целом ситуация сложилась простая: Атос выкрал нечто у миледи, кардинал об этом знает, и я должен отобрать сей предмет и отдать его обратно, иначе мне конец. При этом сегодня вечером я вызвался сопровождать Армана на некую встречу в Булонском лесу, которая, кажется, как раз и касается этой темы… а, значит, весьма вероятно, что искомый предмет уйдет на сторону, и потом ищи ветра в поле…

На улице шел дождь. Ветер кружил в воздухе разноцветные листья перед павильонами на Королевской площади.

Я потуже натянул шляпу на голову, запахнулся в плащ и пешком пошел обратно через город.

За всеми делами день перевалил за половину, а я еще даже не завтракал. В животе урчало, молодой организм требовал пищи.

Оглядевшись по сторонам, я приметил на другой стороне улицы кабак с поблекшей за годы вывеской «Во славу Короны!», куда я немедленно и зашел.

Публика тут водилась сомнительная, но за столами я заметил и пару скромно одетых дворян с разбойничьими лицами, потягивавших напитки из огромных кружек, так что решительно занял, по своему обыкновению, самый дальний стол в углу и громко крикнул хозяина.

Тот не замедлил явиться, сходу оценив мою явную платежеспособность, и склонился в глубочайшем поклоне.

— Тащи, что у тебя там есть, да побольше! — напутствовал я его, поощрив парой монет.

Еда в кабаке оказалась грубой, солдатской, но сытной и вкусной. Гороховая каша на свиных шкварках, темный хлеб, несколько ломтей ветчины, отрез сыра и, конечно, вино, причем, даже не разбавленное. Видно, хозяин побоялся моего гнева и выставил лучшее из того, что у него имелось.

Совершенно не переживая об отсутствии молекулярной кухни и мишленовских звезд, я насытился настолько, что даже чуть ослабил пояс.

Черт подери, теперь придется посидеть тут с полчаса, пока пища хоть немного не усвоится организмом, а то даже шевелиться лень.

И в этот самый момент, когда я слегка расслабился и отхлебнул очередную порцию вина, ко мне подошли те самые дворяне, на которых я обратил внимание, едва войдя в зал.

Дьявол! Неужели, будут задираться? Как же мне не хотелось в эту минуту драться, клянусь всеми распутными монашками!

Но дворяне вели себя мирно.