XXXL. Как (не) влюбить(ся) в миллиардера

А я замерла, боясь, что сдохну от разрыва сердца в цвете лет. Уличные проститутки сейчас в сравнении со мной, смотрелись бы как монахини-пресвитерианки на молебне. Из волшебного стекла смотрело чудовище, возжелать которого не смог бы сам Вельзевул, клянусь.

– Бомба, – хрюкнула маман, появившаяся за моей спиной, словно призрак. – Вот всегда так ходи. Поясок только немного вниз надо опустить.

– Это юбка, – обреченно вздохнула я. – Я же не дойду до гостиницы в таком виде. Меня камнями забьют.

– На такси поедешь. Я плачу, – великодушие мамы меня вообще убило.

Сил сопротивляться больше не было. Я безропотно приняла мамулин дар в виде пушистого боа на шею, цвета фуксии, накинула на плечи свой плащ, чтобы хоть как-то прикрыть срам и вышла в неизвестность, мечтая, что меня убьют где-нибудь на подходе к отелю, и мне не придется позориться перед самым сладко-греховным мерзавцем на свете.

Таксист молча окинул меня взглядом, что-то прошептал, как мне показалось молитву обережную. Но до адреса меня все же доставил, хотя всю дорогу с опаской посматривал на мою размалеванную персону в зеркало заднего вида. Расплатившись с бомбилой, я на негнущихся ногах дочапала до лифта, похожая на хромую цаплю. Чертовы каблуки, в которые меня обрядили гуру моды, подкашивались под моим весом, как у толстой утки из утиных историй, и вот-вот грозили подломиться. Но я уверенно шла к цели.

Охраны на месте не оказалось. Я толкнула уже знакомую дверь и тихо проскользнула в недра пахнущего дорогим парфюмом номера. Женским парфюмом.

Холод лежал в кровати, раскинувшись и прикрыв свои чертовы стальные омуты. Он был не один. Я замерла на месте, рассматривая гибкую спину стройной красавицы, склонившейся к мужчине, в объятиях которого я таяла несколько часов назад, на этой же самой кровати. Которому я доверилась. Без которого…

– Какого черта? – словно выстрел прозвучал капризный голосок.

Егор что-то ответил ей, но его приглушенный голос был больше похож на шепот. И я не разобрала ни слова. Разве что только мое имя.

– Зина, – прошептал чертов изменщик. Хотя, он ведь ничего мне не обещал. – Лягушонок.

На меня уставились невероятной красоты глаза, которые портило только злое выражение. Женщина была восхитительна, немудрено, что он предпочел ей меня. Ей бы на подиуме блистать.