За его спиной (СИ)

Дворник отвечал односложно, равнодушно даже. И не пытался настаивать, уверять, что меня тут нет. Наверно, сразу увидел, кто перед ним, и испугался. И я его понимала…

В какой-то момент мне показалось, что дворник сейчас просто развернется и покажет Марату, где я прячусь. Как раз, когда Марат предложил деньги… У него есть деньги. И много. Он может многих купить, и уж тем более такого простого работягу…

И, опять же, если бы дворник так поступил, я бы не обиделась на него.

Но дворник как-то легко и быстро выпроводил Марата прочь, запер дверь, постоял немного, прислушиваясь, а затем вернулся в комнату и позвал меня.

— Вылезай, — сказал он, — говорить будем…

И я откинула одеяло. Говорить, так говорить. По большому счету, скрывать мне нечего, а он заслуживает того, чтоб знать, во что ввязался.

Я спустила ноги с топчана, поежилась под внимательным взглядом хозяина дворницкой, и он тут же сказал:

— Сначала чай попьем. А то замерзла, наверно… Голая совсем ходишь…

Я в недоумении осмотрела себя: джинсы, куртка, кроссовки… Где же голая?

— Садись, — он кивнул на стул у стола, а сам, щелкнув кнопкой чайника, принялся возиться с заваркой.

Я, пользуясь моментом, принялась оглядываться.

Раньше мне как-то не приходилось бывать в таких местах, и потому было интересно.

Комната, с окрашенными в серый цвет стенами, выглядела опрятной и жилой. Чувствовалось, что человек, обитающий тут, аккуратист.

Возле самого входа находилась стойка с инструментами, метлой, граблями, широкими такими, веерообразными, для сгребания листьев.

Я заметила, что дворник успел снять обувь у порога и теперь ходил в носках.

И, устыдившись того, что не только не стащила кроссы, а еще и на топчан, под одеяло, в них полезла, принялась снимать их, цепляя носком пятку.

В этот момент дворник повернулся, заметил мое копошение и, сдвинув брови, сказал:

— А ну прекратила. И так пол холодный.

— Но у вас же тут… Чисто… — промямлила я, пугливо поджимая ноги.

— Не особо, — сурово возразил дворник, а затем поставил передо мной кружку с парящим напитком, придвинул вазочку с печеньем и конфетами, — ешь, пей.

— Спасибо, — прошептала я, обхватила кружку, с наслаждением грея о ее бока пальцы.

Пахло от чая очень вкусно, смородиной и еще чем-то, таким же душистым.

Я аккуратно пила чай вприкуску с конфеткой и ощущала, что именно этого мне и не хватало для успокоения.