За горизонтом

Я проверю чуть позже…

— То-то он смог рассечь мои латы, — буркнул граф и тут же обеспокоился, — кстати, я прошу вас проверить не откладывая. Может лезвие было отравлено… Или еще что-то в этом роде.

— Вряд ли… Но я проверю. А что вы предполагаете делать теперь?

— Гангмар возьми… Даже не знаю… Вместо одного случайного живого мертвеца — целое войско.

— Вот именно. Кстати, палач предупреждал вас — тот мертвец был свежим. Ну, тот, что в Акенре…

Палач скромно потупился. Граф буркнул что-то неразборчивое.

— И все же, — повторил Ингви, — каковы дальнейшие планы?

— Мне надо подумать… Пока что расположимся лагерем прямо здесь. Это место ничем не хуже любого другого, а у нас много раненных — им надо помочь. И проверьте же, Гангмар возьми, чары на этих лезвиях…

Ннаонна попросила меня проводить ее к озерку, находящемуся в стороне от лагеря, за поросшим темной травкой бугром — ей хотелось ополоснуться, промыть раны и ушибы… Я кивнул и молча пошел следом за вампирессой. На берегу девушка сбросила сапоги, доспехи, пропахшую потом куртку и с наслаждением стала плескаться, зайдя по колено в черную воду… Я бы сам присоединился к ней, но чувствовал, что не в силах встать… Эта схватка с неупокоенными далась мне нелегко — так что я устроился на неизменной груде камней (такая здесь имеется у каждого черного озерка) и подставил лицо ласковому вечернему солнышку… Даже странно, что солнце здесь такое же, как и везде… Все прочее на землях Могнака другое — и вода черная, и трава какая-то темная… Страна траурного покоя.

Наконец вампиресса вернулась ко мне и присела рядом, с ее черных волос сыпались капельки воды. Она наклонилась (при ее приближении я опустил голову) и заглянула мне в глаза:

— А почему ты все молчишь?

— Зачем ты это сделала?

— Чего? — прикидывается дурочкой.

— Кому ты что хотела доказать? Зачем ты сломя голову полетела на них? Для кого был спектакль?

Ее глаза вдруг разом как-то сузились и утратили детскость:

— А ты сам не знаешь?

— Знаю… — я все знаю, девочка, но только… Я сам не могу объяснить, что «только», ч-черт… Но… А губы сами собой продолжали, — ты хоть подумала, чем это могло закончиться?

— Мы каждый день бьемся и никогда еще…

— Нет, я не о том.

— Ну уж «запросто»!.. — тут до нее дошло, — ой-й…

— Вот именно. Им были нужны живые. Солдатика-то они утащили… Скорее всего живого.