За горизонтом

Наскоро посовещавшись кое с кем из подручных, граф Каногор решил заставить свое войско нарядиться в плащи из холстины. Естественно, распоряжение облечься в серое вызвало бурные протесты со стороны дворян, в впервую очередь сантлакцев.

Каногор собрал крикунов посреди военного лагеря и объявил:

— Господа, вспомните, на какую войну вы собрались идти! Это будет священная битва за законного императора с самозванцем, коронованным в Гонзоре тамошним попом и с нарушением всех законов! Да это же у нас просто новый Священный поход!

— Да, — выкрикнул кто-то из задних рядов, — но нам же всучили не белые плащи даже! Серую холстину! У меня в Эльбере только последние голодранцы станут рядиться в такое…

Вся огромная толпа загомонила, в общем хоре невозможно было различить ни слова, однако граф Эстакский своим ревом сразу перекрыл многоголосую какофонию:

— Послушайте меня, благородные рыцари!

Как по мановению волшебной палочки стало тихо.

Рыцари всегда молчаливо признавали лидерство горластых и мускулистых героев, прославленных турнирами и схватками.

— Господа, в этом новом Священном походе нам как никогда дорого будет покровительство божества. Но какое божество мы попросим осенить наши знамена?

— Гилфинга-Воина! Пусть пошлет нам победу и добычу! Славный бой и богатую добычу!

— Великую Мать! Пусть бережет! — Ага, это кто-то более осторожный.

— Гангмара! — Вдруг выкрикнул чей-то молодой голос.

Маршал только этого и ждал:

— Так вот, благородные рыцари. Ежели мы желаем добиться благосклонности Отца — мы надеваем белое! Ежели просим о заступничестве Мать — то зеленое, верно? А ежели хотим, чтобы и Гангмар Темный нам не вредил — так, должно быть, черное! Ну а ежели хотим, чтобы все трое были благосклонны — так верно нам нужно все три цвета смешать. И что тогда выйдет?

Тут маршал высоко поднял плащ из зеленовато-бурой ткани и медленно надел на себя… В наступившей тишине аккуратно расправил складки… А когда толпа дворян разразилась хохотом и одобрительными возгласами, он понял — дело сделано…

Король шагал по полутемным галереям дворца.

Несмотря на то, что сейчас — разгар лета и за серыми стенами ярко светит солнце, Гюголан кутался в шубу, подбитую волчьим мехом. Он озяб. В последнее время он всегда мерзнет.