Не рискуя оглянуться и потерять из виду оказавшихся слева от двери противников (более опасных как будто), Гимелиус зашагал к ним, сыпя с ладоней новые серии разящих искр. Очевидно вид разъяренного мага, истекающего кровью и освещаемого колдовским пламенем, был так ужасен, что враги бросились бежать. Тогда Изумруд тяжело повернулся и двинулся в другую сторону. Перед ним были четверо людей в доспехах — несомненно заколдованных доспехах. Удар мощной магии оглушил их, хотя и не прикончил.
Во всяком случае, двое уже пытались встать. Гимелиус, кряхтя и истекая кровью, приблизился к ним, поднял топор — тот самый заколдованный топор, которым разнесли дверь — и принялся разить оглушенных противников. Оружием маг махал неумело, заколдованное лезвие скрежетало по заколдованным же латам, глаза Изумруда щипало от дыма — кое-где уже тлели подпаленные магическим пламенем гобелены…
Наконец Изумруд посчитал, что дело сделано и тяжело поплелся, опираясь о стену и оставляя на ней широкую кровавую полосу.
Топор, который он так и не выпустил из рук, с лязганьем и дребезжанием волочился по полу… Несколько раз Гимелиус спотыкался о распростертые на полу тела. Слуги в камзолах с имперскими гербами. Сбежавшие от него убийцы не показывались на глаза, но колдун подозревал, что за ним следят. Пройдя несколько коридоров и не встретив ни одной живой души, маг выбрался в большой зал. Первой стрелы он не почувствовал (она легко и глубоко погрузилась в его жирное тело), только заметил, что перед глазами колышется оперенный хвост.
Машинально скосив глаза, он увидел торчащее из собственной груди древко. Тут же рядом с первой воткнулась и вторая стрела. Теперь ледяной холод зачарованной стали пронзил его. Из последних сил Гимелиус рванулся через зал к другой двери… Еще одна стрела пронзила бок, другая с треском стукнулась в стену рядом. Чародей вывалился из зала в дверь и потащился, еще тяжелее наваливаясь на стену, по галерее, ведущей во двор…
Вопреки мрачным ожиданиям больше в пути происшествий не было.
Ни легендарных чудовищ, ни даже разбойников — в горах было пустынно и как-то особенно тихо… Собственно, если бы не встреча с троллями — можно было бы сказать, что горы Страха не оправдали свое название. Естественно, единственное заслуживающее внимания приключение стало темой номер один в разговорах солдат.
