Вытирая мои слезы, Миша не торопился отвечать.
— Я изменилась… знаю, — грустно озвучила я, уставившись на серебряный крестик мужа. — Перестала за собой следить, поправилась… стала требовательной, подозрительной, скандальной. Прямо мечта, а не жена!..
Миша неожиданно улыбнулся и покачал головой.
— Что?..
— Ты реально думаешь, что мое отношение изменилось из-за пары лишних килограмм и того, что ты стала реже краситься? — Он сказала это недоуменно и даже с возмущением. Затем наклонился прямо к моему уху и хрипло проговорил: — Послушай меня внимательно, глупышка.
Ты никуда от меня не денешься, даже если станешь толстой теткой с засаленными волосами. Будь уверена — я буду трахать тебя так же сильно и желать так же неистово!
Мои щеки вспыхнули. Я тоже усмехнулась и отвела глаза.
— Врун…
— Ладно, так и быть — засаленные волосы я тебе помою. — Теперь мы уже улыбались вдвоем. Но в какой-то момент веселье на лице мужа испарилось. — А если серьезно я тоже изменился, Полина. Набрал целый букет недостатков, которые отказывался осознавать.
Однако ничто не может оправдать мой уход. Я поддался эмоциям, но так как не привык менять решения, сам себя мучил, не находя повод вернуться. Больше этого не повторится. Обещаю тебе.
Обида давящая грудную клетку заворочалась, но я не дала ей разгуляться. Он признал ошибку, и мне стоило ценить это, а не тешить задетую гордость.
— А где ты жил все это время? — с любопытством спросила я, стараясь отвлечься.
— Жил — это громко сказано, — заметил он нехотя. — Здесь недалеко снимал номер в отеле.
Оставался там только на ночь и чтобы в порядок себя привести. Такое себе удовольствие…
— Ты за нами следил? — спросила я, игриво сощурив глаза.
Почему-то вдруг пришла эта мысль в голову. А Миша вдруг серьезно ответил:
— Да.
Я аж опешила.
— Ну не то, чтобы следил, — поправился он. — Но часто здесь на парковке стоял, смотрел на окна нашей квартиры, пока в них не гас свет. Телефон в руках крутил, хотел позвонить, зайти. Но так и не зашел ни разу… Все казалось каким-то сложным.
Я закусила губу и взяла его лицо в руки, погладила пальцами мягкую бороду.
— Надо было зайти, — с досадой произнесла я. — Я была бы счастлива!.. И слова бы тебе не сказала, лишь бы ты не уходил…
— Надо было, — почти шепотом согласился муж.
Его карие глаза меня гипнотизировали. Между нами словно проскочила искра, и я вдруг вспомнила, что стою в одном полотенце. Муж тоже почувствовал это. Но отстранился и подтолкнул меня к столу.
— Давай поедим.
