— Именно поэтому я и не стала звонить! Уж прости, что вклинилась в твое драгоценное время и напрягла, но была бы другая возможность…
— Ты меня не напрягаешь, а круто подставляешь! — рыкнул Миша. Его взгляд потемнел, прямо черным стал.
Однако внутри меня тоже разгорелся справедливый гнев. Поэтому я без церемоний выдала:
— Ну я же как-то выкручивалась с тех пор как ты ушел. Целую неделю, Миша, тебя это не беспокоило! Поэтому будь добр удели внимание дочери.
Я только хотела развернуться, чтобы гордо уйти, но муж молниеносно поймал меня за руку.
— Ты ведешь себя как малолетняя девчонка! — вытолкнул он, едва сдерживая тон. — Не пытайся мной манипулировать и тем более не смей попрекать дочерью, Полина. Ты горячо попросила меня уйти — я исполнил твое желание! Теперь у тебя что-то идет не по плану, и ты решила меня смешать с дерьмом⁈ Не выйдет.
Обиженно и подавленно глядя в карие глаза, я выдернула свою руку.
Катастрофа.
Просто катастрофа!
— Меня ждет такси, — бессовестно солгала я, понимая, что не вывожу разговор, и что придется отступать.
— Мне нужно всего пара часов, потом я заберу ее!
Мое обещание Мишу не впечатлило. Отступив от меня, он холодно посмотрел и сообщил:
— Потом — я уже и сам освобожусь. Решай свои дела. Но в следующий раз, — подчеркнул муж, поджимая губы, — будь любезна хотя бы позвонить!
Сказав это, он сразу развернулся и зашагал к мужчине, который пытался уговорить Алену не трогать его портфель. А я осталась стоять у двери, провожая Мишу жалким взглядом.
Я держалась до самой машины. Уже в салоне разревелась вволю. Ехала и плакала без остановки. Было обидно до безумия и больно… Как это могло произойти? Когда мы успели так отдалиться⁈
Хуже всего то, что действительно это я прогнала Мишу. Очередной скандал из-за его занятости забил гвоздь в мою психику, я вспылила и выкрикнула в сердцах, чтобы он убирался! Что мне будет лучше без него, спокойнее, что я справлюсь со всем сама. А он… взял и ушел. И не просто, а буквально пропал! Будто наказать меня этим хотел.
Теперь я плакала как малолетняя девчонка, да. И корила себя.
3
На экзамен я безбожно опоздала, однако строгий преподаватель проявил небывалое снисхождение и дал мне шанс.
Наверное, мой вид заставил его сжалиться…
Слезы высохли, но красные глаза и распухшее лицо безошибочно выдавали недавнюю истерику. Да и в целом бодрым состоянием я не могла похвастаться: голова гудела, виски болезненно пульсировали, желудок сводило от голода.
