Перед последним слушаньем меня даже не трогали. Дали вроде как передышку. Но я знал, к чему это… Спектакль окончен – приговор подписали.
Судорожно вытерев слезы, я продолжала впиваться пальцами в столешницу и слушать. Как бы больно ни было – я вынесу.
– А дальше была тюрьма… Я приготовился к борьбе с первой секунды, когда с конвоем вели до камеры. Нервная система билась в конвульсиях, но оказалось, зря. Не рассчитали че-то мои покровители, и я попал в камеру к незаинтересованным ребятам. Но долго радоваться не приходилось.
Да в общем-то, я при всем желании не смог бы расслабиться… Только теперь моими врагами были не вертухаи, а заключенные. Поджидали меня при любом удобном случае, присматривались, примерялись. Играли, как шакалы, пока только разминались. Но я был настороже даже во сне. Никому не доверял, ни на какую правду не надеялся. И я понимал, что однажды они захотят сломать меня по-черному… Вопрос времени.
Сердце вырывалось из груди. Я смотрела Мишу и видела ту кошмарную реальность, в которой он жил.
И слова Димы о том, как друг изменился, теперь казались жестокой насмешкой! Даже я его осудила в тот вечер, когда осталась…
– В последней стычке я бился особенно жестко и получил обратно немало. Мне неважно было, кто стоит передо мной. Я не следовал правилам, потому что остался один на один с судьбой. После этого меня сунули в изолятор. И впервые я испугался, что не выдержу. Что в следующей схватке не потяну… Я был готов ко всему по возвращении в камеру. Но только не к тому, что меня неожиданно возьмут под крыло.
Я потерла вспотевшие ладони, ощутив, как сердце пронзила надежда и облегчение.
– С того дня больше никто не смел ко мне соваться. Как будто чья-то авторитетная рука нажала кнопку «стоп». И, конечно, я понимал, что не бывает бесплатного сыра. В общем-то, от меня не стали скрывать, что кое-кто на воле проявил участие. Заставил «сильных» обратить на меня внимание. Позже я неизбежно узнал, от кого пришло это добро…
Миша замолчал, и на кухне стало так тихо, что было слышно только наше дыхание.
"
"– Кто это был? – осторожно спросила я. Мне стало просто жизненно необходимо узнать, кто стал спасителем моего любимого человека.
И он впервые за весь разговор посмотрел на меня. Только ответил таким тоном, словно ему костью в горле встало это имя:
– Демид Арбатов. Муж моей сестры.
Глава 26
Я застыла в безмолвии на долгие мгновения, ошарашенная этой новостью.
– Катя?… – неуверенно произнесла.
