– Больше не делай этого! – вдруг крикнула, не выдержав и с укором столкнувшись с карими глазами. – Никогда, слышишь?… Не смей жалеть меня… Нет ничего хуже, чем знать, что я заставила тебя испытывать жалость!
Дыхание перехватило от болезненных эмоций. Как же это унизительно… В каком ужасном свете все предстало теперь в моей голове!
– Жалеть? – глухо повторил Миша, переместив ладонь мне на шею сзади. – Ты считаешь, в ту ночь я пожалел тебя, да, Малек?!
Внезапно он схватил мою руку, ловко развернул ее и бесцеремонно прижал прямо к своему паху!
Все мысли тут же вылетели из головы вместе с эмоциями.
Вытянувшись струной, я расширила глаза, мельком посмотрев туда, где ткань спортивных штанов натянулась от налитой мужской плоти, которую я четко ощутила ладонью.
– Хочешь знать, что я к тебе испытываю? – жестко спросил Миша, сдавив пальцами мою шею. – Действительно хочешь, Полина?! Страсть, безумие, похоть – все что угодно, но только не жалость!
Отрывисто дыша, я вся покрылась испариной от волнения и настороженности.
– Миша…
– Тихо, – рыкнул он, прижавшись лбом к моему лбу. – Глупая девчонка. Меня, блядь, от одного твоего запаха всего подбрасывает! Ты такая красивая, хрупкая, отзывчивая… Даже не представляешь, чего стоит мне сдерживаться! Стоять совсем рядом и не прикасаться.
Я судорожно втянула воздух, а тело опалило жаром. Просто от его дыхания на моей коже, от ощущения его горячей плоти через ткань.
– Почему же ты сдерживаешься?… – вдруг сказала вполголоса и сама не поверила, что это слетело с моих губ.
– Не надо…
– Нет, не разрешай мне! – отрезал Миша стальным тоном. – Не путай пороки с чувствами, Полина. Я уже все тебе объяснил.
Закрыв глаза, я издала болезненный стон.
– Но мне так этого хочется!.. – всхлипнула, словно совсем забывшись, и в тот же миг задохнулась от поцелуя.
Мужские губы вдруг захватили мои и начали требовательно сминать их, проталкивая язык внутрь, завоевывая каждый уголок моего сознания. Миша одним движением усадил меня на стол, развел ноги и вдавился в промежность бедрами.
Продолжая удерживать шею, он оттянул вырез моей кофты и сжал теплой ладонью грудь. Замедлился, когда я ахнула в его губы. Начал действовать более ласково, толкаясь твердой плотью, которую сдерживала ткань штанов, в мою плоть, которая была прикрыта бельем и капроновыми колготками.
Между ног стало очень горячо. Миша оставил мою нывшую от желания грудь, тесно прижал меня к себе, и я неожиданно услышала треск.
