За короля и отечество

Бренна старалась не вмешиваться в процесс.

Привычным движением руки под контролем Морганы ударили предметы друг о друга. В темноте сверкнули искры, и на мгновение Бренна испытала чувство огромного облегчение: по крайней мере она была не слепа. Она высекла еще сноп искр, и на этот раз несколько их упали в какое-то сухое вещество, в котором с треском разгорелись красные огоньки. Она осторожно подула на трут — комок высушенного моха в глиняном сосуде, — и огонь разгорелся маленьким, но ровным пламенем. Она нашла взглядом наполненную маслом лампаду из грубо обожженной глины — казалось, ее только что вынули из какого-то археологического раскопа.

Бренна осторожно подняла горящий трут и зажгла торчавший из масла фитиль.

Засветив лампаду, она загасила мох и некоторое время сидела, глядя на этот до ужаса древний глиняный светильник. Помещение залил неяркий теплый свет, позволивший ей разглядеть другие непривычные детали. Она сидела в маленькой комнате, оштукатуренные стены которой были покрыты характерными фресками.

Стиль росписи, несомненно, относился к древнеримской культуре: птицы, сады, постройки, загадочные женские фигуры, исполняющие какой-то религиозный ритуал, включавший в себя вино, и птиц, и танцы. Она почти воочию слышала музыку нарисованных лир и дудок. От украшенных цветами алтарей поднимались нарисованные завитки дыма. Пол комнаты украшался мозаичным изображением какого-то античного мифа — кажется, Прозерпины и Цереры, решила Бренна. Тревога снова охватила ее и тут же погасла, когда она увидела на стене среди всего этого языческого великолепия маленькое распятие.

— Где я? — вслух прошептала она.

— Как где? — прошелестел в мозгу ответ Морганы. — В Кэр-Удей, разумеется…

Бренна все еще пыталась переварить этот ответ, когда дверь распахнулась, и в комнату влетел запыхавшийся юноша.

— Тетя Моргана! Быстрее, тетя, идемте со мной! — Голос мальчишки срывался от волнения. — Там… Арториус и дядя Анцелотис… они приехали со страшными вестями.

Лот Льюддок погиб в бою с пиктами на границе, а Анцелотис упал без сознания при въезде в Кэр-Удей!

Кровь разом отхлынула от лица Морганы. Она испустила сдавленный вскрик и пошатнулась, готовая вот-вот лишиться чувств от потрясения. С болью и ужасом Бренна поняла, что этот Лот Льюддок приходился Моргане мужем. Надо отдать мальчику должное: он тут же плеснул в чашку вина из стоявшего рядом с лампадой глиняного кувшина и осторожно поднес к ее губам.